Плохиш для Апельсинки

Я так крепко уснул, что еле встал.

Только бы она не ушла. Ведь я даже телефон у нее не взял, и не знаю, где она живет. Занятия закончились, а значит, что и в университете я ее не найду.

Вот же я кретин. Из-за своей же безалаберности сейчас упущу такую возможность.

Я бежал на всех парах на место встречи. Только бы не ушла. Главный вход, памятник, фонтан. А вот и аллея со скамейками.

Лера сидела на одной из кованых лавочек и смотрела в телефон. Фух. Хорошо, что она еще ждет. Я поспешил к ней, на ходу придумывая себе оправдание.

– Привет, Апельсинка, – я встал напротив нее, закрывая спиной солнце.

– Привет, – ответила она и взглянула на меня, слегка прищуривая большие глаза.

– Прости, что опоздал. Я проспал. Бежал к тебе, но все равно не успел.

– Да ничего. Я все равно сижу – гуляю. Не на морозе же.

Она что святая? Другая бы истерику закатила, не меньше.

– Умгу. Лер, пойдем, что ли прогуляемся?

– Пошли, – она встала, и я краем глаза посмотрел на нее.

Юбка ниже колен и скромная блузка под горлышко.

– Лер, мне нужна твоя помощь, – начал я. – Дело в том, что меня хотят отчислить. И я не могу сдать один чертов предмет. Было уже три пересдачи. И последнюю с комиссией я благополучно завалил.

Мы шли не спеша по дорожке в сторону смотровой площадки.

– Так вот. Этот предмет ведет твоя мама Ст… Елена Степановна.

– Как? Моя мама? Ты не сдал у нее? – Лера изумленно посмотрела на меня.

Я, наконец, разглядел цвет ее глаз. Что-то средне между голубым и зеленым. Они смотрели так открыто, что я, сбитый с толку, не сразу смог ответить.

– Эмм. Ну да. А что? – я отвел взгляд и теперь смотрел прямо перед собой. Красивые глаза Апельсинки сильно отвлекали.

– Дело плохо, – вздохнула она. – Сочувствую. Если не сдал, значит уже вряд ли.

Ого. Вот это новость. Хотя дочка, наверное, лучше знает свою маму и говорит без шуток.

– Нет, нет. Почему сразу вряд ли? А если я все выучу?

– Тогда сдашь. Только как я тебе смогу помочь? Репетиторство?

– Эм… Не совсем, – я вновь посмотрел на нее.

Сегодня ее волосы свободной волной спускались по спине. Легкий ветер подхватывал, медные пряди и играл с ними.