Проклятие правителя Мельсапа

И, когда она увидела лицо Тойвена, смотревшего прямо на неё в окно, то поняла, что плохое предчувствие не обмануло. Далькоры, преследовавшие её семью от самого начала, были здесь. Только вот, что им нужно? Если они здесь, значит, Милана не у них. Иначе. про королеву никто бы и не вспомнил. «Они хотят мной шантажировать дочь!» – мысль резанула острым ножом по материнскому сердцу. Но бежать и прятаться негде. Остается встречать судьбу с поднятой головой.

Божественный наблюдатель, сохранивший свою магию и на Земле, без труда справился с замками, и вот, в дверях дома, где укрывалась Алеста, появились все трое прибывших.

– Приветствую, королева Мельсапа! – весело сказал Тойвен и, подмигнув, добавил:

– Мы не виделись уже больше восемнадцати лет, а вы всё так же прекрасны! Могу я здесь сесть? – и он расположился на диване, не дожидаясь разрешения.

– Видите, сколько вы наделали проблем себе и своей семье? – притворно вздохнул Тойвен. На секунду замолчал и продолжил с сожалением в голосе:

– Отдали бы девочку сразу тогда, и у вас с Варелом ещё родилось потом много деток. Я всегда выполняю свои обещания, милая Алеста! И снял бы с вас проклятье, а теперь… – он опять вздохнул.

– Вы… – с ненавистью в глазах выдавила из себя женщина.

Королева помнила, как больше восемнадцати лет назад, когда она с семьёй находилась в Ореле, ей кто-то из слуг принёс записку, где было написано, что она должна прибыть на границу Мельсапа с туманом, иначе её дети погибнут. В то время божественный наблюдатель бессменно день и ночь находился возле принцессы. Божества говорили, что у её дочери особая миссия перед миром. Она тогда столько слёз пролила о судьбе Малии, но против богов не пойти.

Конечно, отчаянная Алеста прибыла, куда указывалось в записке, взяв с собой тронбрейва и несколько слуг-магов. За завесой тумана её ждал король далькоров Тойвен. Он рассказал ужасные вещи. Как тысячу лет назад подмешал в проклятье на потомков Торола магию тумана, и что из-за этого умирали почти все дети рода мельсапийских правителей. У самой Алесты умерло двое, не дожив и до годика. Выжили только Фейрок, и вот, Малия, которой только исполнилось два года.