Проклятие правителя Мельсапа

Прочитал и загадочно улыбнулся, передавая сыну. Тот начал читать вслух:

– Благородный король далькоров! Возьмите меня к себе на службу! Я готова служить вам, как другие королевские особы! Мне взамен нужна лишь возможность отомстить! Королева Корвена Релькия, – закончив читать, он глянул на отца.

– Надо уважить королеву, – снова улыбнулся тот. – Я видел, что негодник Фейрок с ней творит. Жалко такую яркую женщину!

– Отец? – Лойс вопросительно посмотрел на правителя далькоров. Принц не мог понять, шутит король или нет.

Его отец всегда был очень непредсказуем и умел удивлять. Тойвен приобнял сына за плечи и сказал:

– Всему своё время, Лойс! Скоро всё узнаешь, а пока начинай воспитание будущей королевы. Отличная задумка, порадовал меня! Пойдём.

Пока все в спешке пытались вытащить Малию из Ореля, позабыв о королеве Релькии, та прослушав, что говорили далькоры, быстро написала несколько предложений на магическом свитке. Затем, пока Фейрок создавал телепорт в воздух над башней, где была в источнике принцесса, Релькия незаметно активировала рябь на зеркале телепорта в комнату с Миланой и бросила туда свёрнутый свиток.

Затем сняла активацию у телепорта. Теперь оставалось ждать и надеяться, что далькоры прочтут её просьбу и удовлетворят.

Вскоре к ней подошёл Фейрок и молча одел браслеты. Затем жестом указал на дверь, давая понять, что в королеве больше не нуждаются. Релькия смиренно поклонилась и вышла. А в мыслях королевы бушевала буря: «Хотя бы они увидели моё послание! Я готова для вас что угодно делать, кем бы вы ни являлись, только помогли бы отомстить!» – мысленно говорила она существам, которых называли далькоры.

Из зеркального телепорта в покои короля Корвена влетела фиолетово-розовая руна Элвема. К рунному магу уже вернулась подвижность, благодаря магии тумана от Миланы, выполнившей все магические действия под диктовку Торола, пока они поднимались в воздухе к телепорту. Едва спрыгнув с полёта Элвема, девушка оказалась сразу же заключена в крепкие объятия счастливого брата.

Фейрок, наконец, смог обнять свою сестру и прижимал к себе так, словно боялся, что снова её кто-то отберёт у него. На его глазах блестели слёзы радости.

Орлик с волнением и обожанием смотрел на свою невесту, не менее счастливый, чем Фейрок. Сколько внутренних мук пришлось перенести принцу за эти сутки её отсутствия, известно лишь одним божествам.