Взаперти

– Какого хрена?

– Ты думала, – холодно перебивает Мори, – я отпущу тебя одну в никуда? Зная, что тебя, в конце концов, придется вытаскивать из проблем?

Смеюсь, потирая виски. Это все забавно, но Миротворца уже утомляет. Эдриана, если он вспомнит, как быстро этой паре надо добраться до седьмого этажа, тоже вот-вот утомит.

– Девочки, брейк. Вы собираетесь выбираться отсюда или нет?

– А есть варианты? – поворачивается к камере Эрика.

– Лестница вниз.

– Более подробные инструкции? – спокойно уточняет Мори.

– Думаешь, он тебе все на блюдечке с голубой каемочкой выдаст? – фыркает Рика, роясь в книжном шкафу.

Похоже, пока я не расскажу им правила, они с места не сдвинутся.

– Вы на десятом этаже. Вниз ведет лестница, каждый пролет отделен дверью. Ключ к дверям – небольшие татуировки, которые можно получить…

– Хоть блокнот дай, изверг! – взывает Рика. – Или я на книжных полях статью должна писать?

– Он, – мягко напоминает Мори, – вообще-то маньяк.

– Вот именно, такой материал!

– Чтобы опубликовать этот материал, тебе нужно пройти девять тестов.

Вы пока даже первый не начали.

Это срабатывает, Рика срывается к дверям, Мори идет следом, останавливается перед боксом. Его кузина уже опытным путем разобралась, как правильно вкладывать предплечье в нишу. Скобы становятся для нее неприятной неожиданностью.

– Эй, мне руку не отпилит? – опасливо смеется она, с подозрением наблюдая за спускающейся иглой. Кривится, когда на коже появляется ее имя.

 – И как мне потом сводить эту татуировку, если я не хочу представляться всем встречным?

Хмыкаю, не включая микрофон. Эмори тоже молчит, смотрит на запястье кузины, повторяет ее действия. Нанесение рисунка – не самое приятное ощущение, но он даже не моргает, не то что не морщится. Высокий болевой порог. Я учитывал это в тестах.

Читаю им инструкцию. Эрика изгибает бровь в потрясающей гримасе, спрашивает с наигранной заинтересованностью:

– Ты больной садист, да? Или тебя маленьким много били? Птичек, рыбок, зверьков в детстве не мучил, нет?

Вздыхаю.

Смотрю на Эмори, но тот не реагирует ни на инструкцию, ни на то, как выделывается его кузина. Не надоело ли мне изображать ангельское терпение? Указатель мыши тянется к настройке бокса, поднимает на мгновение напряжение пола. Эрика давится окончанием фразы, тут же снова растягивает губы в улыбке:

– Ой, какие мы нервные!

Это напоминает слова Элли, раздражение надвигается ледником.