Счастье в мгновении

Издав первую часть детектива, я не мог предполагать, что она станет респектабельной, и читатели будут желать продолжения. Когда ты чем-то увлечен, делаешь то, что тебя вдохновляет, то время пролетает очень быстро. Мне кажется, что я только недавно уехал в Нью-Йорк и словно по щелчку оказался снова в Сиэтле.

«Ничего себе он столько изложил о себе информации. А при нашей первой с ним встречи, то и дело твердил мне о свидании», – удивлено произношу я про себя.

– Питер, мы очень за тебя рады с папой! Пожалуй, Мария должна гордиться тобой.

Мария немного засмущалась от слов сказанных мамой.

– Конечно, они с Джексоном – моя гордость, – отмечает Мария, выпивая стакан вина.

Джексон все это время держится очень напряжено, словно вот-вот взорвется, как бомба замедленного действия.

– Питер, мне не терпится увидеть твои рукописи по продолжению романа, поработаем сейчас? – с интересом спрашивает папа.

– Да, с удовольствием.

– В качестве угощения у меня твои любимые кукурузные палочки, которые уже, моя прожорливая дочь, немного съела, – сообщает с широкой улыбкой папа.

От этих слов, я чувствую, как загораются мои щеки. Я не сомневалась в том, что папа сообщит это перед всеми, но, чтобы таким образом…

– Да, ничего, она у вас сладкоежка, – сообщает Питер, пристально посмотрев на меня.

– Еще какая, не успели мы с мамой прийти, а она уже…

Я перебиваю папу и от взрастающего недовольства заявляю:

– Пап, ты долго будешь позорить меня перед всеми?

– Милана, папа шутит, чего ты, – вставляет Питер, защищая моего отца.

– А ты не защищай его, больше не притронусь к вашим кукурузным палочкам, обещаю. И вообще Питер, готовься к тому, что папа во всех видит детей, тебя он тоже воспринимает как ребенка, что-то там пишущего.

Джексон под столом меня дергать, надеясь на то, чтобы я прекратила так говорить, но я не могу сдерживаться, когда наблюдаю, как надо мной шутят и подкалывают. Мама показывает глазами о том, что мне пора успокоиться.

– Милана, у нас так шутит, – улыбается мама, пытаясь сгладить накаляющуюся обстановку.

Все посмеялись, Питер с папой встали со стола и направились в рабочий кабинет папы, в котором громадное количество разнообразных листов от молодых и талантливых писателей, ждущих положительную оценку при рецензии их книг. А папа, как и в жизни, не видит в каждом человеке особенностей. Я, выдыхаю, осознавая, что Питера рядом нет, следовательно, неожиданных действий и слов с его стороны пока не ожидается.