Двое против всех

Упыря замотали в ковёр, упаковали в огромный мешок для мусора и вытащили из дома. Я принесла с кухни ведро и принялась собирать осколки. Минут через пятнадцать за этим занятием меня застал вернувшийся Алекс.

– Ладно, оставь это специально обученным духам.

Он кого-то позвал, и в гостиной появился маленький некто, весь покрытый чёрной лоснящейся шерстью, с абсолютно лысой головой.

– Убери здесь всё, – велел Алекс и, взяв меня под руку, повёл на кухню. – Пойдем, я тебя покормлю, ты наверно голодная.

– Это твоя домработница?

– Это – анчутка, злой дух, он ведет моё хозяйство.

Алекс усадил меня за стол и полез в холодильник.

– Так, а накормить-то тебя и нечем. Ты суши любишь?

– Не знаю.

– Никогда не ела суши? – он удивленно поднял брови.

Я помотала головой. Марина прекрасно готовит, может воссоздать любое ресторанное блюдо по фото, но к японской кухне у неё предубеждение. Она любит повторять, что сердце мужчины лежит через желудок. Если это действительно так, у меня большие проблемы.

Алекс разложил передо мной коробку с рулетиками красной рыбы, соевый соус и палочки. Я повертела палочки в руках и взяла одну. Насадила на неё ролл как на вилку и отправила в рот.

– Такое себе.

– В соус макай. Будет вкуснее.

– А сам есть не будешь?

– Да мне это не особо нужно. Ем скорей для удовольствия.

Он включил электрический чайник, расставил на столе чашки и бросил в каждую по пакетику заварки.

– Так ты вообще не ешь?

– Ем, но редко.

– А что ты ешь?

– Я не привередлив.

В голосе послышались игривые нотки. Он встал за моей спиной, положил руки на плечи, наклонился и шепнул в ухо.

– Поела? Может, поднимемся наверх.

– Зачем?

– Действительно, зачем, можно прямо здесь.

Он поставил меня на ноги, развернул к себе лицом и усадил на столешницу. Его руки крепко притянули к себе. Он провел тыльной стороной ладони по шее.

– Ты маньяк озабоченный, ты в курсе?

– Ты сама предложила утром организовать ячейку общества, – шептал он мне на ухо, покусывая мочку, – только шведскую не будем, я консервативен.

Он уложил меня на поверхность стола и стал медленно целовать шею. Томление прокатилось по телу сладкой дрожью. Я чувствовала, что уже собой не владею. Меня вот-вот накроет с головой.

– Сейчас ты забудешь обо всем на свете.