Укромный уголок

– Да, конечно, – сказала она, вскочив чересчур поспешно – кресло от этого откатилось и ударилось о стену.

Шагая вслед за Дэвидом к переговорной, Эмили от души надеялась, что обещанная «пара слов» будет вовсе не о том, чего она так боится.

Надежда не оправдалась.

«Уволена», – подумала Эмили, когда Дэвид закончил свою речь. Произнести это вслух было выше ее сил. Не важно, сколько раз подобное с ней уже случалось – привыкнуть к такому унижению невозможно.

– Но… – пролепетала она.

«Нет, нет, нет, я не могу потерять эту работу», – вихрем пронеслось в голове, и все замороженные мысли вдруг оттаяли, потоком хлынув с языка:

– Мне искренне жаль, такое больше не повторится, на самом деле я очень пунктуальна и обязательно это докажу, я буду изо всех сил стараться, обещаю! Мне просто необходим еще один шанс!

Дэвид пожал плечами.

– Эмили, ты мне нравишься, сама знаешь. Но решения принимаю не я, иначе ты бы тут работала до скончания дней.

– Так. О,кей. А чье это решение? Может, замолвишь за меня словечко?

«Не проси. Ничего не проси, – тут же приструнила она себя. – Не пресмыкайся. Неужели дерьмовая работа, которую ты сама считала временной, того стоит? Ты выше этого». Но слова вылетали сами собой:

– Может, для меня найдется другая должность, не такая ответственная? Наверняка же тут нужно делать что-нибудь еще?

– Да ладно, зачем тебе вообще нужна эта контора? Такой-то красотке? – Дэвид протянул руку, будто хотел провести пальцами по ее волосам, но, к счастью, передумал в последний момент.

У Эмили вспыхнули щеки. В данный момент зарплата от компании «Проуэм» была единственным доходом для ее существования. За халтуру – съемки для корпоративного телевидения, участие в читке пьес и сценариев – платили безнадежно мало, а гонорары перечисляли с большими задержками.

Когда неприятная процедура наконец была пройдена, Дэвид потрепал Эмили по плечу, как директор школы, отправляющий в класс опоздавшую ученицу после выговора, и она побрела в приемную, оказавшуюся в это время спасительно пустой, за конторку, которая ей уже не принадлежала. Позади хлопнула дверь переговорной и зазвучали деловитые шаги Дэвида, направлявшегося в глубь этажа. Затем, словно внезапный снегопад, на Эмили обрушилась гробовая тишина.