Укромный уголок

Спорить с собой было бесполезно – Скотт действительно невероятно привлекателен. Высокий и стройный, мускулистый, но не массивный. Он не был похож ни на штангистов, ни на качков, которые не вылезают из спортзалов. Скорее напоминал легкоатлета – поджарый, пропорционально сложенный. У него были темно-каштановые волосы с благородной сединой на висках, а задумчивое выражение лица полностью преображалось, когда он улыбался. Определить возраст было довольно трудно – возможно, слегка за сорок. Когда работала в «Проуэме», Эмили почти не обращала на него внимания – он был для нее безликим боссом, большим человеком на самом верху.

Теперь же она недоумевала, как могла его не замечать.

Когда он улыбался, показывались нижние зубы, как у довольного, объевшегося сладким ребенка, и это было очаровательно. А когда она говорила, он слушал ее так, будто перед ним самый интересный человек на планете – хотя, возможно, у него это было профессиональное. Но он действительно слушал ее – очень внимательно. И смеялся от всей души.

И не просто смотрел на нее – он ее видел. И это его безраздельное внимание было как наркотик – один раз попробовав, Эмили хотела еще.

Теперь она замечала всё – как кожа Скотта контрастирует с белоснежной рубашкой, движение кадыка, когда он глотает… Две верхние пуговицы рубашки с безупречно накрахмаленным воротничком были расстегнуты, и Эмили видела черные волосы у него на груди. «Не слишком много, не слишком мало, – подумала она и тотчас велела себе: – Уймись уже. Ты здесь не для того, чтобы в него втрескаться».

Потому что, если бы она втрескалась, все это – тихая беседа, случайное соприкосновение коленей, спонтанно заказанное шампанское – превратилось бы в полнейшую безвкусицу. Но если держать свои эмоции под контролем, все будет отлично. Он, в конце концов, не такой уж и неотразимый. Наверно, все дело в безупречном костюме.

Скотт откашлялся. Эмили, встрепенувшись, только сейчас осознала, что таращится на волосы у него на груди, и поспешно отвела взгляд.

Он заказал обжаренные гребешки, пасту с мидиями и джелато на десерт – ванильно-вишневое, кисло-сладкое, с самым восхитительным сочетанием вкусов, которое она пробовала когда-либо.

Воспряв духом, Эмили решилась поинтересоваться жизнью Скотта.

– Я сегодня все утро болтаю без умолку. Теперь ваша очередь. – Она изобразила строгий директорский тон: – Быть может, вы немного расскажете мне о себе?

Скотт поколебался, затем, не глядя в глаза, поведал ей свою историю.