Укромный уголок

По собственному признанию, Скотт Денни во главу угла ставит комфортные условия для сотрудников, а потому офисный ландшафт естественным образом включает в себя роскошные помещения для отдыха и террасу на крыше.

Трое аналитиков компании – два парня и девушка – вышли из переговорной, пересекли приемную и остановились у конторки забрать папки с документами. Эмили улыбнулась и подняла было руку в знак приветствия.

– Анн-Мари опять заболела, – лениво бросил один из парней со скучающим видом.

– Ну да, как же, заболела она! – фыркнула девушка, тряхнув светлыми кудряшками. – Вечно ищет повод пристроить свою жирную задницу дома на диване и весь день обжираться чипсами.

– А я вроде слышал, у нее нервный срыв.

– Депрессия у нее.

– С какого переполоха?

– Да ладно! Ты не видел, какие ей сиськи накачали?

– Если бы какой-нибудь пластический хирург заставил меня выглядеть подобным образом, я бы его засудила насмерть, – сказала девушка, и вся троица, забрав документы, направилась к копировальной комнате.

Эмили уронила руку на колено, задумавшись, знают ли уже остальные сотрудники о ее увольнении. Слухи в офисе распространяются мгновенно, но, возможно, ее судьба просто никого не интересует? Она снова склонилась над журналом, решив, что, наверное, лучше вообще не привлекать к себе внимания.

Скотт Денни, приступая к разработке проекта реконструкции, сразу отказался от традиционных офисных интерьеров, поскольку хотел создать «теплую и гостеприимную обстановку».

Индустриальный стиль, вдохновленный лофтами Нью-Йорка, смягчается здесь теплой «домашней» атмосферой; приглушенная цветовая гамма в бежево-коричневых тонах придает идеально организованному деловому пространству уют и глубину, действуя умиротворяюще, а многочисленные предметы искусства и высокие потолки внушают благоговение.

«Благоговение. Точно». Думая о Скотте, Эмили испытывала именно благоговение.

Снова зазвучал ленивый голос, и она вскинула голову. Дверь копировальной комнаты осталась приоткрытой.

– Какие новости о летнем корпоративе?

– Я слышала, мы под это дело арендуем ресторан.

– О-о, да ладно? Отстой!

– Можно было бы повторить вечеринку на суперъяхте. Это было охренительно.

– Я реально не помню, что там творилось. Сначала был абсент, а потом – провал в памяти.

Последовал дружный хохот.