Ледяная старуха в Снежном замке

– Магия или Дар?

– Понятия не имею, – де Вир задумчиво покрутил в воздухе пальцами. – Вообще у сомелье обычно бывает Дар к распознаванию вкусов и запахов. Если больше в сторону обоняния склоняется, то идут в парфюмерию, или пряностями занимаются, если поровну – вином. Думаю, доктор Эленваль определит по остаточному фону.

– А к тебе как он попал?

– Как обычно, по рекомендации. Его кузен работает метрдотелем в люнденвикском «Оленьем роге», а наш владелец господин Валлон там завсегдатай. Вот и сосватали…

Дверь в номер снова распахнулась, и на пороге появился высокий эльф.

– Кристиан, Эдмунд, добрый день! Мне сказали, у нас неприятность?

– Самая большая неприятность случилась с парнем, что лежит сейчас в ванне, – буркнул Карвер. Отчего-то он недолюбливал доктора Эленваля, но причины этой неприязни оба оставляли в тайне.

– Ясно, – доктор подхватил свой чемоданчик и скрылся в ванной комнате.

Капитан продолжил опрос:

– Где Кенвуд должен был жить?

– Как обычно, в доме для персонала.

– И ключи ты ему передал?

– Я его вообще не видел! Он только завтра должен был приехать.

Директор отеля и стражник уставились друг на друга. Первым отмер Карвер:

– Значит, его багаж должен быть где-то в отеле.

– Или на вокзале, – пожал плечами Кристиан. – Полагаю, надо расспросить швейцара, когда и откуда появился Майрон, и что у него было с собой. Только, пожалуйста, не у входа, не пугай мне гостей.

Карвер хмыкнул. Вся его жизнь прошла здесь, на курорте, и он отлично понимал, кого и когда можно пугать.

Вытирая руки салфеткой, из ванной вышел Эленваль.

– Ну, что скажете, док? – поднял на него глаза капитан.

– Пока только предварительно, точно скажу после вскрытия. Время смерти – от десяти до двенадцати часов назад, причина смерти – удар по затылку тяжелым тупым предметом.

– То есть, никакой магии? – с долей уныния спросил Карвер.

Доктор и де Вир переглянулись. Слегка усмехнувшись, Эленваль ответил:

– Увы, спихнуть дело на Службу магбезопасности не получится.

Тут до Кристиана наконец дошло, и он переспросил:

– Док, вы сказали, десять – двенадцать часов? То есть, его убили глубокой ночью?

– Ну, да, – подтвердил доктор. – Думаю, между полуночью и двумя часами, точно скажу после вскрытия.