Александра. Превратности судьбы

И только потом отправилась подогревать еду и ставить воду на чай. Кормить Тею плотно я побаивалась, не зная, как часто её кормил Август. Но бульон ей не повредит. Интересно, что на Тее не было следов насилия. Зачем она Августу? Для чего? Просто поизгаляться?

Этот вопрос я и задала Тее, когда мы сели за стол прямо на кухне.

– Я была его домашним питомцем, – тихо ответила девушка, сжимая чашку с чаем дрожащими пальцами. – Знаете, многие заводят кошек и собак, а барон завёл меня. Обещал… Обещал потом завести ещё одного… одно животное.

Тея не договорила, разрыдавшись. Я смахнула слёзы со своих щёк и в очередной раз порадовалась, что Август умер. Иначе… Я бы не побоялась плахи или виселицы.

Отправив Тею спать, я вернулась к себе и ещё долгое время лежала без сна. А когда на улице начало светать, я наконец задремала. Но увы, выспаться мне не дали.

Разбудила Аннет, тряся за плечо и что-то повторяя из раза в раз.

– Миледи, проснитесь. Миледи, там отец Алексий пришёл.

– Встаю, – не открывая глаз, пробормотала я. – Сейчас спущусь.

– А как же перевязка?

– Вот же, – шикнула я. – Сначала спрошу, что понадобилось отцу Алексию в столь ранний час, а потом уже перевязка.

– Но… Миледи, уже полдень, – нахмурилась Аннет. – Миледи, вам нехорошо?

– Аннет, иди уже, – раздраженно рявкнула на девушку. – Утро, полдень! Какая разница?

Служанка испуганно дёрнулась, но затем пришла в себя и побежала сообщать святому стервятнику о моём пробуждении.

Увы, но святой отец мог себе это позволить. Это единственный мужчина, которому позволено входить в спальню женщины. Не считая мужа, лекаря и слуг. Слуги вообще бесполые.

– Ваша милость, вы не посетили сегодня храм. С вами всё хорошо?

Да чтоб ты провалился, святой отец! Но вместо этого я вежливо улыбалась.

– Со мной всё замечательно, просто усталость взяла верх, – ответила, глядя на священника.

– Баронесса, последнее время вы странно себя ведёте. После нашего разговора, помните? Когда решили жаловаться на супруга, помните? – отец Алексий проигнорировал мой намёк, взгляд его стал изучающим.

– Ах, ну что вы, это было помутнение, – смиренно опустила взгляд. – Последнее время на меня столько всего свалилось. Доктор сказал, что это стресс.

– Стресс, – хмыкнул священник.