Яд Фаберже

А тогда, десятого числа, на ней была, по словам моего приятеля, очень красивая одежда, да и чемоданчик она держала в руках стоимостью под тысячу баксов. Мой приятель хорошо разбирается в таких вещах.

– Так, может, это была не она?

– Она. В том-то и дело, что она. Он окликнул ее, и она обернулась. Посмотрела на него глазами, в которых был один страх, понимаете? А потом крепко схватила своего спутника под локоть, и они как-то очень спешно вошли в вагон «десятки» – фирменного поезда Москва – Саратов.

– И поэтому вы здесь?

– Да. Я взял отпуск за свой счет и приехал сюда, в Саратов, чтобы найти ее тут. В сущности, я хотел бы только одно – узнать, почему она так поступила со мной. Я не злопамятный, со мной всегда можно договориться. Я даже допускаю мысль, что она действительно страстно, по-настоящему влюбилась и потеряла голову, пусть так, но в таком случае пусть она сама мне скажет об этом. И еще, конечно, я переживаю за нее.

– Но тогда она навряд ли выглядела бы так хорошо, как рассказал вам ваш приятель. Думаю, что он все-таки обознался и в вагон вошла другая девушка. Мне кажется, что если бы с ней произошло что-то криминальное, то вряд ли ее похититель стал бы вот так спокойно разгуливать по вокзалу с похищенной им девушкой, которая к тому же еще и одета вызывающе дорого. Вы доверяете своему другу? А что, если он нарочно пустил вас по ложному следу?

– Нет, это исключено.

– Он мог быть влюблен в вашу девушку, в Лору. Она очень хороша собой…

– Но она не такая, понимаете, не такая! Она любила меня, у нас все было хорошо. Я обещал помочь ей деньгами…

– Кем вы работаете?

– Я, как это ни странно, ваш коллега. Работаю юристом в одной московской фирме, занимающейся установкой телефонов в Подмосковье. Мне платят тысячу долларов в месяц, и у меня была возможность помочь Лоре реально, уже на следующий год, и она знала об этом.

– Может, вы накануне ссорились? Вы не заметили за ней чего-то необычного? Как она себя вела? Не казалась ли она вам чем-то обеспокоенной, напуганной? Не звонил ли ей кто, не приходил ли?

– Нет. В том-то и дело, что нет. Зато в день ее исчезновения случилась страшная трагедия, но касающаяся ее лишь косвенным образом… или даже совсем не касающаяся.