Тайная любовь Копперфильда

Официантке, которая принесла на подносе две вазочки с разноцветными шариками мороженого, Юля заказала кофе.

– Она ассоциируется у меня почему-то с музеем, запахом скипидара, вощеного паркета, золоченых рам, рисунками Леонардо да Винчи. Вот.

– Замечательная ассоциация. Тогда она, может, художница? И ты видел ее где-нибудь на улице, когда она рисовала чей-то портрет?

– Не знаю, пока что вспомнить не могу.

Денис съел один розовый шарик.

– Это роза на самом деле! Такой необычный вкус… Словно мороженое полили духами…

– Денис! Какие еще духи! Попробуй фиалковое… Ты что, полагаешь, что это мороженое только и ценно тем, что его поливают эссенцией? Нет, это прекрасное мороженое… Хотя не хочешь – не ешь, это дело вкуса.

Денис продолжал время от времени посматривать на девушку за соседним столиком. Джинсы, майка, на загорелых руках массивные золотые браслеты – один простой, широкий и явно тяжелый, ценный именно своим весом, а второй – в виде тигра с разноцветными вкраплениями рубинов, изумрудов, сапфиров и, скорее всего, брильянтов, а в ушах маленькие брильянтовые сережки, которые сверкают на солнце.

Молоденькая, избалованная, вероятно, любовница этого зрелого, с красным лицом и прыщавым носом крепыша в клетчатой безвкусной рубашке и белых джинсах. Пытаясь уловить смысл произнесенных Юлей слов, он никак не мог понять, на каком языке говорит девушка, обращаясь к своему спутнику. Пока не догадался, что это испанский.

Память быстро воспроизвела залитую электрическим светом тесную комнату и маленький букетик ландышей в стеклянной банке. Второй эпизод. В банке щи, внутри маленький кипятильник, на столе крошки хлеба; женский смех.

– На каком языке они разговаривают? – спросил он на всякий случай у Юли.

– На испанском, – тихо ответила она ему. – Уверена. Но только они, кажется, поссорились. Видишь, она шипит на него… Вероятно, он был с ней груб или отказался купить ей очередные Жерар Перего…

– Что-что? – не понял Денис.

– Часики такие, видишь, у нее на руке? Рядом с браслетом. Очень дорогие часы, я тебе скажу… Девушка все свое состояние носит на себе. С одной стороны, демонстрирует, насколько у нее крутой бойфренд, а стало быть, и она не такая уж и простая, раз может себе все это позволить, с другой – просто-напросто подстраховывает себя на тот случай, если этот господин в клетчатой рубашке вдруг захочет ее бросить.