Сколько живут донжуаны

И сейчас шла, лихорадочно обдумывая, что ей сказать в ответ на ожидаемые обвинения. Может, отравился кто ее творогом или сметаной? Но это невозможно. К тому же, произойди такое, вся Полевая бы гудела, все бы все знали, и уж участковый Коробко первый бы примчался на своей новенькой «Мазде».

– Фамилия Соболев вам о чем-нибудь говорит? – спросил скучным голосом Андрей, усаживаясь на стул за чистеньким кухонным столом, покрытым тонкой, расписанной подсолнухами клеенкой. В кухне пахло теплым молоком, большая кастрюля которого стояла на плите, и сдобой.

Капитан Лазарев подумал о том, что у него дома таких запахов сроду не было, жена кормила его полуфабрикатами, не любила, да и не умела готовить, да и молока в их доме никогда не бывало.

– Да, конечно. Это мой жених. – Уголки рта Людмилы опустились, брови нахмурились. Через несколько секунд она, судя по всему, разрыдается. Для нее, быть может, рухнет весь ее женский мир.

– А где он сейчас?

– В Москве. Он вообще там живет. Что-нибудь случилось?

– А вы почему не с ним проживаете?

– Вот как поженимся, так и перееду.

Будем жить на два дома, и в Москве, и здесь.

– Не страшно было оставлять жениха одного, без присмотра? Вроде симпатичный мужик, а?

– Так доверяю… Как можно собираться замуж, если не доверяешь человеку? Так что случилось-то?

– Убили его, – сказал капитан Лазарев, вздохнув.

В кухне стало так тихо, что, казалось, он услышал дыхание белых гладких стен, украшенных полочками с расставленными на них хохломскими тарелками да гжелью.

Людмила смотрела на него, слегка приоткрыв рот, все еще не осознав услышанное.

– Как это… убили?

– Отравили. Вот я и интересуюсь, как вы думаете, кто мог пожелать ему такой ужасной смерти? Что вы вообще знаете о жизни вашего жениха в столице?

– Не может быть… Вадим… Вадик… Может, вы что перепутали?

Лазарев достал из кармана фотографию, сделанную на месте преступления. Людмила, увидев мертвое лицо Соболева, отвернулась и всхлипнула.

– Поскольку его убили, значит, имелся мотив.

Быть может, вы что-нибудь про него расскажете?

Ничего нового, за что можно было бы уцепиться, она не рассказала. Механик, неплохо зарабатывал, на выходные приезжал к Людмиле и матери, строили планы, собирались обживать купленный им в прошлом году участок прямо на берегу реки. Людмила рыдала уже прямо в голос.

– А тетя Тоня-то знает? Мать его?

– Знает. Я был у нее, она-то и прислала меня сюда. Там у нее сейчас соседка, давление меряет, капли капает.