Первый раз – не больно

Прямо в Малайзии! Вот знать бы, откуда вылезло это что-то и что это вообще такое?! Что, эти придурки, эти китайцы, схавали за секунду и не подавились?! Она что, рожает эти свои сраные идеи?

– Она же женщина, Костя. Возможно, что и так… – предположил Боря, – …ладно, я так понял, что встреча отменяется. Похоже, мне и правда, пора возвращаться к себе.

– Постой, Борь, – вкрадчиво заговорил Костя, – а не ты ли тот добрый самаритянин, оплодотворивший эту плодовитую стерву? Ты же мне что-то хотел показать.

Может быть, она была первой?

– Я бесплоден, Костя. И Горгона никогда бы не подпустила к себе мою задницу. Ты же это прекрасно знаешь. Не знаю, что получили китайцы, но я клянусь тебе, что ни меня, ни даже моих мыслей там нет. Если мне что-то удастся выяснить, я тебе перезвоню. Извини, мне нужно заплатить шоферу.

– Я верю тебе, Боря. Но, если я узнаю, что ты приложил к этому руку, то между нами будет война. Слышишь? Вечная, Боря. До смерти. И я эту твою руку не только не пожму, но и отрублю к чертям собачьим по самые твои яйца! Ладно, приятель, я тебя просто предупредил, – смягчился Константин и, судя по доброжелательным ноткам, сквозившим в его голосе, даже улыбнулся, – Вали уже, на свой ковер.

Боря положил трубку и превратился в орангутанга. Он зажмурился и дергал руками, едва сдерживаясь, чтобы не заорать. Потом резко превратился обратно в человека и отдал команду таксисту, чтобы тот разворачивался. Он назвал водителю новый адрес и позвонил длинноногой секретарше.

– Марина, это Борис Валерьевич. Для меня есть какие-нибудь новости?.. – спокойным, с нотками слащавости, голосом, спросил он, – Нет?.. Приглашение?.. А, это… Положите мне на стол. А в конторе что, совсем тихо?.. Ну и отлично. Сообщите Геннадию Николаевичу, что я буду у себя через 15 минут… Спасибо, Мариночка.

Боря отложил телефон и благостно развалился на сиденье.

29

Не правда ли, что это очень удобно, когда Вашу секретаршу, зовут так же, как зовут Вашу жену?

Борис не был ее любовником.

Он даже не спал с ней. Сказать, что он никогда не помышлял о занятии сексом с этой эталонной брюнеткой, означало бы то же, что «соврать». Потому, что в пределах его офиса, ее хотели все, начиная с охранника и заканчивая генеральным директором. Количество ее поклонников за его пределами, Борис никогда не подсчитывал. Но, был наверняка уверен, что их бы набралось на несколько таких крупных агентств.