Первый раз – не больно

Он вобрал в себя ее теплые губы и, прикрыв глаза, завис почти на минуту. Словно проверяя свои ощущения, он старался не шевелиться, насладиться каждым мгновением, каждым оттенком ее запахов, каждой частичкой шелковой кожи. Он тихо и протяжно замычал, так долго, насколько хватило выдоха и, с большой неохотой, вернулся в свое кресло.

– Привет, – негромко, чтобы не спугнуть нежность, попробовал произнести Слава.

– Ты сегодня какой-то чудной, – прищурившись, слегка наклонив голову, выдвинула свою версию Маша, сыграв коротенькую роль обворожительной контрразведчицы.

– Куда едем, Кэп? – окончательно вернув себе дар речи, громко, стараясь ничем себя не выдать, сыграл Слава.

– Кто из нас водитель? – Маша слегка пожала плечами и вернулась в уютное кресло.

– Ну, хоть направление задай…

– Туда, – вытяну руку в направлении «вперед», весело предложила Маша.

– Как скажете, гражданин-товарищ капитан, сэр! – весело поддержал ее Слава и, переключив магнитолу в режим «радио», взял в руки штурвал.

Динамики весело запели голосом машиниста «Поезда», Патрика Монахэна, повышая и без того, прекрасное настроение пассажиров:

«Дорога указывала мне направление.

Моя жизнь – всего лишь сон.

Я был подстрелен твоей любовью.

Мой ангел в голубых джинсах…»[5 - «Train» (вокал – Patrick Monahan, песня – «Angel in Blue Jeans», альбом – «Bulletproof Picasso», 2014)(оригинальный текст) ***«…Like a highway headed my wayLife is but a dreamI was shot down by your loveMyangel in blue jeans…»]

Их машина медленно отползла от бордюра, убедилась, что ей никто не мешает прыгнуть, и, рыкнув от удовольствия, сорвалась с места.

6

Они остановились на перекрестке, в среднем ряду, чуть дальше «стоп-линии».

Чтобы было удобнее следить за светофором, Слава слегка подался вперед, вытянув шею. Он сидел и рассматривал шагающих по «зебре» пешеходов, усатого водителя соседней машины, трамвайные провода, сидящих на них птиц, и стройный ряд домов, греющихся в лучах послеобеденного солнца.

Желтые, серые, зеленые… Одни из них, выглядели величественно, другие, несуразные и маленькие, расталкивая старших братьев, втискиваясь между их могучими плечами, рвались занять парадную шеренгу. И все эти каменные исполины, подобрав животы, с важностью пропускали снующих по тротуару людей, потом, вдруг, глотали их, выхватывая из живой реки по одному, и выплевывали из себя целыми группами.