Шутки в сторону

Чулков удивился столь неожиданному и заманчивому предложению. Хотел он, было, скрыть свое волнение от старухи, да мелко задрожавшие руки выдали его с потрохами. Заработать быстро и много денег было его идеей фикс, голубой мечтой, долгожданным сновидением. Да и кто из нас хотя бы раз, чего греха таить, не мечтал в одночасье стать миллионером?!

– Хочешь много денег? Очень много денег! – повторила свое искушение старуха. – Чертовски много денег!

– Хочу, – выпалил Чулков.

Старуха, с какой – то сладострастной злостью взглянула на инженера и вновь заговорила скрипучим голосом:

– Продай свои сны!

– Как это? – удивился Чулков.

Но карга неожиданно растаяла в белесой дымке, исчез противный серный дух, а инженер моментально проснулся. Впервые в жизни от сюжета, увиденного во сне, его прошиб холодный липкий пот. Его подташнивало, а голова раскалывалась от жуткой боли. Чулков принял две таблетки анальгина и совершенно разбитым отправился на работу. Трудился он двадцатый год в НИИ сельскохозяйственного машиностроения и все, что мог изобрести полезного для сельских тружеников, уже давно изобрел и запатентовал.

Весь день Чулков с нетерпением ждал ночи. Ему верилось, что злобная старуха – искусительница вновь посетит его в сновидениях и уже наверняка даст вразумительный ответ на его вопрос. И как не укладывался он пораньше спать, ни с пятницы на субботу, ни с субботы на воскресенье, ни в две последующие ночи противная карга так ему и не приснилась. Вопрос остался открытым.

А денег сразу и много очень хотелось.

В среду во второй половине дня, когда терпение Чулкова уже лопнуло, как запущенный аппендикс, решился он действовать на свой страх и риск. Иной обыватель подумает: «Да в чем риск то? Знаем, рисковали. С поезда на железнодорожную насыпь прыгали, в финансовые пирамиды последние кровные вкладывали, женились на сокурсницах. А тут, какой риск? – и усмехнется криво.

А на самом деле Чулкову, человеку прагматичному и прижимистому, было чем рисковать. Шутка ли – продать сны?! А кому? А почем? Во – первых, он в жизни своей ничем никогда не торговал. И как всякий не торгующий человек, ужасно боялся налоговой инспекции. Во – вторых, товар его, мягко говоря, был весьма специфичным. Необычный, прямо скажем, товарчик. Так что рисковал Чулков, как минимум, репутацией дееспособного человека.