Рукопись, написанная кровью

Оказывается, новая хозяйка купила эту квартиру у Крымова полгода тому назад (действительно у Крымова, а то Юля подумала уж, не заболела ли она болезнью Аперманис, не приснился ли ей Крымов и был ли он вообще в этой жизни). Вопросы были исчерпаны. Надо было ехать за город, в резиденцию Крымова и Щукиной, но этого она делать не могла по многим причинам, а потому ей ничего не оставалось, как навестить Лешу Чайкина, бывшего мужа Щукиной, судмедэксперта, с которым они плотно работали и дружили до отъезда Юли в Москву.

– Леша, это ты? – спросила она, увидев в оранжевом прямоугольнике двери морга худощавую и почти хрупкую от игры света фигуру.

– Я. Проходи, Земцова, – услышала она знакомый и такой родной голос, что не выдержала, бросилась к нему в объятия и разрыдалась.

Глава 2

– По городу ползут самые разные слухи, так что ты должна быть готова ко всему…

Леша говорил хрипловатым от волнения голосом, и видно было, что даже выпитая водка не действует на него – настолько велико было его горе.

– Они исчезли почти одновременно, и никто не знает, где они. Ни Крымова, ни Игорька, ни… Нади… Но она знала, что делает, когда уходила от меня и принимала веру Крымова, я предупреждал ее, что жизнь с Крымовым…

– Не надо, Леша… Крымов такой же, как все, разве что более высоко летает, чем мы…

– Да он авантюрист, и для него жизнь человека ничего не стоит. Как эксплуатировал вас с Шубиным, как с умным видом писал какую-то дурацкую книгу, пока вы, взмыленные, носились в поисках призраков… Ненавижу его, убил бы на месте…

– Неправда, и ты прекрасно это знаешь, а если он сейчас объявится, если случится невероятное, сейчас откроется дверь и он войдет, уверена, что ты обнимешь его…

– Ты дура, Юля, ты любишь Крымова и любишь слепо, а я мужик, мне все это представляется несколько иначе.

– Ты был в их коттедже?

– Да кто там только не был… Там никого. Все заперто. Ваши знакомые ребята из прокуратуры взломали входную дверь, обшарили весь дом, но ничего не нашли, я имею в виду записку или знак… Заперли снова, опечатали и установили наблюдение.

– Но должна же быть какая-нибудь причина! Куда они делись? Может, ты что-нибудь вспомнишь, какие-нибудь последние дела…

– Последнее дело обычное – убийство девушки по имени Марина, фамилия ее, не поверишь, Бродягина…

– Я бы не хотела жить с такой фамилией, – усмехнулась Юля, представив мгновенно худосочную девицу с взлохмаченными волосами, закутанную в рубище.