Истории для взрослых и не очень

– Пойдите и нырните… Вода – это, блин, стихия, в нее надо погружаться, а не нырять. Погружаясь, я становлюсь родственником ершам и тритонам. Пойдем, погрузимся вместе. Ты почувствуешь себя родственницей пиявки. Если хочешь, я тебя на ладошке подержу, чтоб не утонула. Расфукалась. тут. Не выпендривайся. Картина как картина.

– Вот хам, – сказала рыжая дружелюбно. – Ты научишь меня плавать?

– Что, совсем не умеешь?

– Я воды боюсь.

– Вот и не выпендривайся.

– Как незаметно мы перешли на «ты».

– С тобой иначе нельзя, мелкая змеюка. Давай уж, выкладывай, зачем я тебе. Сидел себе, творил. Хорошо еще, что я добрый, а то закинул бы тебя вон туда, в кувшинки, чтобы к людям не приставала.

– Я же плавать не умею.

– Ладно, пойдем в палаццо, налью тебе воды в блюдце, поплещешься немножко.

– Хватит измываться над женщиной…

– Что? Не пойдешь?

– Пойду.

– Однако! – изумилась приезжая, увидев красивый «сложносочиненный» дом на просторном газоне.

– Ну, что делать, нам, творцам, не зазорно иметь сносное жилище, – едва слышно буркнул художник.

– Так, в этом дворце ты живешь. А мастерская у тебя есть?

– А как же. Послушай, жратеньки хочешь? Тогда поскребешь по сусекам? А я поищу, чем остудить внутренний жар.. А потом пойдем мы с тобой в укромный уголок…

– Для чего это?

– Как будто сама не знаешь. Посидим, покалякаем за жизнь и чем-нибудь этаким займемся.

– Чем-нибудь?

– Ну да, фотки посмотрим, чаю попьем по-йоркски.

– Мне бы пива по-бескудниковски.

– Есть проблема, не переношу женщин, от которых пивом несет. У меня исчезает к ним интерес…

– Во как? Помнится, один умник в одной мюнхенской пивной так себя загрузил, что, ухватив за помочи проходившего мимо немца, спросил: «Скажи, Адик, где у вас тут…» и выразительно обозначил свою неотложную малую нужду.

– А он что, не помнишь?

– А он, нагло тебе улыбнувшись, вежливо сказал: «Русише шайзе, это там».

– И я никак не отреагировал на это свинство?

– Отреагировал; ты, тоже улыбаясь, как попка твердил: «Данке, данке, данке шен».

– Да, блин, история, – вздохнул художник и почесал себя над виском. – А ведь я тебя, собаку, сразу узнал и, не поверишь, обрадовался. Что-то случилось? Угрызения совести, чувство вины? Или?.. Никак, совсем плохо?

– В психушку чуть не попала, после попытки суицида.

– Да что ты?

– Так мои соседи немецкие подумали и вызвали скорую помощь.