Щемящей красоты последняя печаль

Амбициозно прыгая за руль

Блестящей и престижной железяки,

Похожим станешь вскорости на куль

С говном бездомной бешеной собаки.

И в высоте затерянных квартир,

Среди экранов, кнопок и посуды,

Где жизни средоточие – сортир,

Забыть легко единственное чудо:

Земную жизнь, прекрасную до слёз,

И связанную с высшим из достоинств —

Быть человеком!

Подмастерье

У природы живу в подмастерьях

С невеликим запасом из слов.

Словно птица в пестрядинных перьях,

Я нашла здесь отеческий кров.

В каждом шорохе, в каждом качанье

И изгибе высоких ветвей

Бьёт родник твоего обаянья, —

Милой русской природы моей.

Я учусь у тебя пониманью

И прощенью людской слепоты,

Молчаливую кротость страданья

Ты возвысила до красоты.

И, врастая в твою сердцевину,

Наполняясь твоей широтой,

Знаю я, что без Родины сгину,

Потерявши навеки покой,

Знаю я, не найти мне привета

Ни в морях, ни в горах, ни в песках.

Пусть картинно и красочно где-то,

Но ведь я из земли этой прах, —

Из неё мы пришли и уходим

В эту светом залитую жаль,

И не все, только избранный годен

Уместить в своём сердце печаль,

Что не зря нареклась русским духом

От неистовой силы любви,

И земля станет истинно пухом

Тем, кто нёс её силу в крови.

Осенний костёр

Девицей стыдливою рябина

Раскраснелась, стоя на ветру.

Вновь полна грибов моя корзина.

Я иду к осеннему костру,

Где горят осинки – хлопотуньи

Радостным сияющим огнём,

И синицы, милые певуньи

Тут и там щебечут этим днём.

Не пылит песчаная дорога,

И полна листвою колея…

Поброжу-ка я ещё немного

В хладном полыхании огня,

Успокою душу от терзаний

От тревог и вечных передряг,

В хороводе бережных касаний

Умеряя ненарочно шаг.

И, своею ношею довольна,

К дому подойду, помолодев,

И забуду это слово – «больно»,

От осенней сказки захмелев.

Бабье лето, ах ты, бабье лето!

Ты не долго, грустно и тепло…

Мне довольно солнечного света

Чтобы сердце счастьем расцвело.

«Мчит по воздуху снежная пляска…»

Мчит по воздуху снежная пляска,

Тёрн душистый почти занесло.

Восковой фиолетовой пясткой

Он стучится поутру в стекло.

Белый пчельник роится, роится,

Торопясь долететь до земли,

И кричат за окошком синицы

В этой зябкой, бесшумной пыли,

Укрывающей сизые дали,

Самобранкой ложась на поля…

И в бездумной и хладной печали

Пробудилась деревня моя.