V щё… чку

Безнадежная Марья с окраины – встанет, сама,

исцелённая запахом трав через окна и щели,

ну а стены заделает – много ли надо ума —

стройотряд вдохновенных ребят – Степанка и Емели.

Я пойду по дороге, любуясь родимым селом,

и здороваясь за руку с каждым, без лести, без понта.

Возле речки лежать будет лодка – над мощным веслом,

под набором кистей-облаков и холстом горизонта.

И ко мне побежит, пробудясь, ребятня – из моих,

ох, задаст им позднее жена за несъеденный завтрак,

и продолжится сила волны в назидательный штрих…

Этот день я услышал вчера, но увижу не завтра.

Всё изменится в корне. И корень – стволом прорастёт,

пораскинется в небо свободной вседышащей кроной.

Этот день еле слышен вдали, но идёт. Он придёт.

Я на хвост наступил – к переменам – змеюке зелёной

КЧ 1/3

Стоят на арене, в аренде, раздетые клоуны,

не прочь провалиться, да цепью поставок прикованы,

хозяина цирка хвалить голым фактом обязаны,

иначе не будут накормлены, будут наказаны.

Они не способны на старые добрые фокусы,

они плохо ходят – их свозят работать автобусы,

они плохо видят, в глазах – по соринке из ящика,

в котором лежит реквизит и отчёты смотрящего.

Их держит стабильность пути от барака до здания,

где купол роняет еду для заряда стояния,

другие дороги и домики города рушатся —

но это несладкая каша, сложнее накушаться.

Две трети из зала – родня неникулинских клоунов,

бьёт в уши молчание рук, вертикально заломанных.

Цена за билет – право голоса, гордого голоса,

подарок – поп-корн из лапши с добавлением ботокса.

И данный презент – не хрустит, так хотелось хозяину,

брюхатить ноли децибелов – идейно нельзя ему,

поэтому он из лапши, с небольшим добавлением:

и мягко и влажно, и сытно, и всем – не до времени.

Но треть… поднялась, мечет харч, и направилась к выходу,

пальто и шарфы в гардеробе им точно не выдадут,

предложат поп-корн заменить на свинцовые бублики.

Им главное – выйти за рамки беззвучия публики.

Несчастные так и стоят, и молчат елезрители —

завцирком дал знать, что ушедшие – все подозрительны.

И едет, спешит Ревизорро – расчёт за сезон вести:

забрать беззабавных, продлить срок аренды от совести.

Дороги и домики вольного города рушатся,

бедняцкой кашицы придется нам с пользой накушаться,

нет времени больше на цирк и расслабленность ботоксом.