Пока горит огонь… (сборник)

Ей хотелось впитать в себя всю прелесть летней ночи: пьянящие запахи, насыщенные прохладой и напитанные густыми оттенками цветочных ароматов летнего дня, ночные звуки: шорох упавшей ветки, шуршание травы под лапками пробегающего тропинкой симпатичного лесного ежика, живущего где-то невдалеке, совиное уханье, внезапно пронзающее темноту ночи утробными звуками, далекие крики ночных птиц; красоту глубокого неба, наполненного звездным мерцанием, словно драгоценностями в витрине, обитой темным бархатом, где едва уловимый, с трудом заметный глазу Млечный Путь, наполненный мелкой звездной россыпью, располагался прямо над головой… Особенно четко был виден прозрачный ковш Большой Медведицы,[9 - Неизвестная.

Столько людей живут, не видя ее [Большой Медведицы].] слегка наклоненный вправо, а Полярная звезда светилась прямо над головой.

Июль уже подходил к концу; миновав середину, лето шло на убыль. Ночи становились темней и прохладней, но летняя пора была еще в разгаре, ее ощущение пока не покидало душу.

Ника вместе с сыном радовалась каждому проживаемому дню, каждому его мгновению, видя, как здесь замечательно и комфортно ребенку, как он резвится, напитываясь силой и молодой энергией на свежем воздухе.

Она вставала рано. Ей нравилось встречать утро во дворе, наблюдая за восходом солнца, вдыхая еще прохладный после ночи утренний свежий воздух. После водных процедур она неспешно завтракала, нежась в ласковых солнечных лучах и наслаждаясь созерцанием чудесного летнего утра. Спустя некоторое время, отпущенное для совершения необходимых ежедневных дел, которые всегда имели место, она кормила сытным завтраком проснувшегося ребенка; потом проводила вместе с ним на улице весь день – до голубоватых летних сумерек, что ближе к вечеру охватывали весь окружающий пейзаж, сменяясь затем настоящей, густой темнотой летней ночи, когда стихало всё вокруг, а резкий аромат жасмина смешивался с благоуханием цветков каприфоли; когда замолкали птицы, и луна цвета слоновой кости, неспешно выплывающая из-за горизонта, освещала подвластный ей мир, двигаясь по небесной траектории, словно в темном омуте, подобно страннику, спешащему в свой дом по кромке небесного брега… Всё приобретало сказочные очертания, а безмятежность звезд и тишина, повисшая в мире, звучали магической музыкой и околдовывали.

Что-то роднило Нику с живой поэзией этих ночей, она ощущала трепет души, какие-то едва уловимые оттенки своих душевных переживаний с далекими отголосками счастья.