Призраки знают все. Рукопись, написанная кровью (сборник)

И про мужика этого – была ли между ними связь? Вот хоть режьте меня, я все равно скажу, что думаю! Ну не смогла бы Алиса смолчать, если бы у нее имелась связь с мужчиной, который к тому же старше ее, да еще и антиквар. Как пить дать, проболталась бы. Мы с ней были близкими подругами и всем друг с дружкой делились. И уж она точно рассказала бы мне о своей очередной истории.

– А у нее было много таких историй?

– Не сказать, что много, но все они были какие-то несчастливые. С нехорошим концом. К примеру, взять ее последнего воздыхателя, они познакомились с ним в Доме офицеров, на танцах…

И Томка, уже успев немного привыкнуть к тому, что Алисы нет в живых и что, рассказывая о ней такие некрасивые подробности, она тем самым не предает подругу, а, наоборот, помогает следствию, рассказала Игорю об изнасиловании.

– А если в этой истории с убийством виноват Георгий? Если она пригрозила ему написать заявление об изнасиловании, он испугался, пришел и убил ее?! – Этим еще более нелепым предположением она словно постаралась оправдать свое словесное невоздержание, свое (все равно!) предательство.

– Интересная история. На самом деле, почему же она не обратилась в милицию? Ведь ее же изнасиловали! К тому же после всего пережитого ей пришлось еще и сделать аборт! И вы не посоветовали ей написать заявление на этого Георгия?

– Да как-то так все получилось…

– Вы хотя бы видели его?

– Мельком.

– Но узнать-то сможете?

– Смогу.

– Если предположить, что он до сих пор не женился, то его и сейчас возможно увидеть в Доме офицеров.

– Наверное… Не знаю. Я ничего не знаю!

– Если вас не затруднит и если это позволит ваш график работы, может, заглянете в Дом офицеров, на танцы, посмотрите, там ли он, и позвоните мне? Кто знает, а вдруг он действительно причастен к убийству? В любом случае допрос не помешает. Хотя бы напугаем этого насильника! Жаль, конечно, что ваша подруга не написала заявление. Видимо, она находилась в таком состоянии, что ей было не до того.

И тут вдруг в Томкиной душе проснулась жалость к погибшей подруге, к той Алисе, которую она знала все те годы, что они проработали вместе, и жизнь у них была словно бы одна на двоих. Все – вместе, сообща, как сестры, как самые близкие на свете люди!

– Она была хорошая, нежная такая, ласковая, добрая, ее легко можно было обидеть. Не хочется говорить, что она была обыкновенная, это никому не понравится, и Алисе бы не понравилось.