Любовь нельзя убить. роман

А его поведение, ни больше, ни меньше, загодя оплаченная театральная постановка! Ну, чистой воды – блеф… Нацелив адский предмет, несущий погибель, прямо в именинника, в странной и пугающей своей зловещей непредсказуемостью тишине, опасный чужак, не торопясь, направился прямо к нему между рядов обомлевших от ужаса гостей. В этот момент какая-то чувствительная особа, громко охнув, схватилась рукой за сердце. Другая пронзительно взвизгнула.

– Кто – вы? Что вам нужно? – с недоверчивым удивлением и в то же время бледный, как смерть, едва успел произнести Митяй, до того, как ружье уперлось ему в грудь.

– Не надо!.. Я прошу вас…

Но, вопреки его мольбам, палец киллера плавно опустился на курок. Сухой щелчок прозвучал, как выстрел. Оглушительно и до дрожи пугающе.

– Вот, черт! Осечка!

И человек в черном балахоне, сорвав с себя маску, со злорадной улыбкой вонзил свой торжествующий взгляд в именинника…

Митяй грохнулся на стул, точно у него отнялись ноги.

– Клим – это ты? Вот, падла! Шутки – у тебя… Ты меня так заикой сделаешь!

Клим снова хищно осклабился и при полной тишине протянул Митяю ружье.

– Это – тебе! Подарок! – как ни в чем, ни бывало, громко произнес он.

Ружье и впрямь было великолепное. С резным прикладом, серебряными скобой и спусковым крючком.

Точно пчелиный рой на чужака, посягнувшего на их святая святых – соты с медовым нектаром, гости, ропща и недоумевая, возмущенно загудели.

– Вы, молодой человек, часом у психиатра не наблюдаетесь? – спросил кто-то, подойдя к Климу со спины.

– Откуда вы знаете? – поинтересовался Клим.

– Да, так!.. Сорока на хвосте принесла!..

– Во дает! Спятил мужик! Митяй! Кто – этот ненормальный?

Затем раздался приглушенный смех.

С трудом приходя в себя от шока, гости снова понемногу стали оживляться.

– Это – мой добрый друг, работодатель и о…

Но гость, таким странным способом подаривший имениннику ружье, предусмотрительно ткнул его локтем в бок.

– …Клим! Клим Устюжанин! – чтобы развеять всякие сомнения тотчас представил человека в мрачном маскараде Митяй.

Но, вряд ли, кто-нибудь из гостей смог бы ответить Митяю на его вопрос. Подобные имя и фамилия встречались на каждом шагу и могли принадлежать кому угодно. К тому же, Клим избегал всяческой огласки по поводу его состоятельности и принадлежности к клану олигархов. Он был хорошо известен лишь в кругу равных себе по положению в обществе людей.