Тайны заповедного леса

Вот он – спасительный выход! Как только закончилась музыка, Коля отвел Леночку к подруге.

– Спасибо за приятный вечер. Засим, – отвесил он шутовской поклон, – разрешите откланяться. На моем попечении две дамы.

Не оглядываясь на девчонок и спешащего к ним Димку, Николай широко пошагал прочь. Его совершенно не интересовало, что о нем будут думать!

Придя в каюту, Коля не стал зажигать свет. Как был, в одежде, бросился на свою полку, лицом вниз. Голова горела, частило и ныло сердце. Он никого не хотел видеть – и не мог оставаться один.

– Можно? – послышался осторожный стук.

– Бабушка Настя! – кинулся он к дверям. – Когда это я успел закрыться на ключ? Какой дурак такие замки изобрел? – от нетерпения у Николая тряслись руки.

– Не спеши. Я пока налью кипяток в чайник.

Коля глубоко вздохнул, успокоился – ключ слегка звякнул и мягко повернулся.

– Попьем чайку? Не возражаешь? – бабушка стояла, держа в руке не большой стеклянный чайничек.

– Нет, конечно! А это что? – указал он на висевшую на руке сумку.

– Пирожки. Твоя мама дала их в дорогу.

– Нужно Димке оставить, – доедая третий пирожок, вспомнил Коля.

– Конечно! Ты ешь, ешь… Еще чаю?

– Я сам налью! – Коля в два прыжка вылетел из каюты, налил из титана кипяток и теперь, не отрываясь, смотрел, как крупные листья чаинок медленно оседают на дно. В животе и на сердце было тепло и спокойно. Мысли текли ровно и медленно. – Как это вы угадали с чаем? Я и не думал, что так проголодался! Ведь ужинали недавно!

– На воде всегда хочется есть больше.

– Хочу. Но сначала…

– Я уберусь, а ты приготовься ко сну и ложись. Я с тобой немного посижу.

Коля умылся, быстро разделся и нырнул в пахнущую свежестью постель. Бабушка, подоткнув одеяло, присела в ногах.

– Так о чем ты хотел спросить?

– Не то чтобы спросить… Посоветоваться.

– Говори, как можешь, я пойму.

– Со мной что-то случилось… Странное, непонятное. Мне кажется, я стал другим. Другим настолько, что мне не по себе. Все, что меня волновало еще утром, вдруг стало неважным и неинтересным. Мне скучно и смешно вспоминать об этом. Между мной утрешним и мной сейчас – пропасть! И от этого мне так плохо, что все внутри болит: и сердце, и живот… Раньше бы я поплакал, а сейчас не могу.