НА ИЗЛЕТЕ, или В брызгах космической струи. Книга вторая

Повторять не пришлось. С «оттохондрозом» было покончено раз и навсегда.

Меж тем «скромный» Отто подал заявление с просьбой о приеме в партию. Как ни странно, заявление тут же было рассмотрено, и он стал кандидатом в кандидаты. «Михалыч», как теперь звали Отто в группе, тут же получил партийное поручение – стал политинформатором отдела.

– Ну, Прокопыч, не быть тебе начальником группы, – заявил как-то Мокшин.

– Почему не быть? – удивился Гурьев, – Тебя что ли поставят или Афанасича?

– Беспартийный ты, Прокопыч, да и Афанасич тоже.

– Тут ты, Леня, не прав, – включился я в беспредметный спор, – Откуда ты знаешь, что я беспартийный? – продолжил я свою давнишнюю игру в «особиста».

– Понял, – мгновенно сориентировался Леня и смолк. Зато засуетился Прокопыч, соображая, что и у кого еще спросить, а это уже мне было совсем ни к чему. И я взял инициативу в свои руки.

– Группа, Леня, это не мой уровень. Я сразу сектор возглавлю, – шутя, нафантазировал, даже не подозревая, что достоверно спрогнозировал свою перспективу, – А вот с Прокопычем ты в точку попал.

На Прокопыча было больно смотреть. Он покраснел и мгновенно взмок, поглядывая то на меня, то на Леню и не понимая, шутим мы, или говорим серьезно, и откуда у нас такая информация.

– Какой ты сектор возглавишь? А Мазо куда? – наконец пришел в себя Гурьев.

– Свой создам, – не задумываясь, брякнул я и опять угадал свое будущее.

– А кто же возглавит мою группу? – не унимался Прокопыч.

– Отто, – сходу ответил ему и, как оказалось, снова угадал.

– Слышал, Прокопыч? Не я это тебе сказал, – подал, наконец, голос Мокшин…

Что ж, похоже, наш блатной Отто успешно стартовал в гонке на приз в виде заветной должности начальника группы.

Однако через неделю оказалось, что это снова был фальстарт, уже второй по счету. Первым провалом я счел его выходку с моим документом. Но тогда мое мнение о новом сотруднике разделили лишь сам Гурьев, да пара свидетелей события.

Второй провал Отто произошел на глазах всего отдела и оказался необратимым по последствиям – он разрушил его партийную карьеру. Казалось бы, заурядное событие – получасовая политинформация. Что может случиться? Тем не менее, случилось.

Зачитывая газетные новости, Михалыч неожиданно выдал свое видение политической проблемы лагерей палестинских беженцев в арабских странах.