НА ИЗЛЕТЕ, или В брызгах космической струи. Книга вторая

– Филен данк, – поблагодарил за подарок.

– Битэ, – услужливо ответил «бывший» не знаю, кто, но точно бывший. А мое сопровождение уже отошло подальше от киоска и умирало от смеха.

Аналогичный случай произошел с нами в автобусе. Мне передали деньги на билет, что-то сказав по-литовски.

– Передай на билет, – отдал я их Борису, стоявшему передо мной.

– Передайте на билет, – протянул он деньги следующему пассажиру. Тот даже не шевельнулся, – Пожалуйста, – добавил Борис. Снова не сработало.

Пассажир отвернулся к окну.

– Давай сюда, – взял я деньги у Бориса, – Товарищ, передайте по другому маршруту. Впереди не понимают по-русски, – отдал их удивленному пассажиру.

– Вы не поляк? – почему-то спросил он.

– Нет, – ответил ему…

Выпив пива, вернулись в гостиницу. Татьяны с Ниной по-прежнему не было. Они появились лишь после обеда. Что произошло, не знаю, но наши отношения с женой постепенно наладились. Вечером совершили коллективную прогулку по аристократическому району Каунаса. А с утра нас автобусами повезли в Вильнюс.

Понравилась резиденция польско-литовских королей – Тракайский замок, который посетили по пути.

Вильнюс осмотрели мимоходом. Обзорная автобусная экскурсия по городу дала лишь слабое о нем представление. Увы, нас уже ждал поезд до Москвы. Во вторник утром мы были дома. С обеда уже вышли на работу. Такое впечатление, что нас не было, по меньшей мере, недели две. Если бы не ссора с женой, можно сказать, отдых удался…

– Ну, Толя, самое интересное ты прозевал, – заинтриговал Кузнецов, едва появился на работе.

– Что же такое я прозевал, Владимир Александрович? Неужели «Буран» запустили?

– Ну, до этого пока не дошло, – рассмеялся Кузнецов, – Наши события поскромней. У нас власть переменилась. Пока, правда, партийная.

– А мы с вами причем?

– Не причем, конечно, но целых два дня отдел трясло… Знаешь, кто теперь вместо Мозгового?

– Откуда, Владимир Александрович.

– Меди, – выложил Кузнецов главную новость.

Меди был начальником сектора анализа телеметрической информации.

Именно в его секторе работали Мазо и Жарова до перевода в наш сектор. По их рассказам Меди был отличным специалистом, но очень жестким, своеобразным человеком со своими представлениями о справедливости.

Мазо он откровенно недолюбливал еще с тех пор, как тот был его подчиненным. Сейчас же они были на равных, соперничая во всех сферах жизни отдела. В системе соцсоревнования, за первое место реально боролись только эти два сектора.