По дороге в синий лес

Два оперативника опрашивали соседей. Одна соседка, которую они застали буквально за минуту до того, как она собиралась покинуть находящуюся этажом выше квартиру сестры, согласилась дать показания.

Глядя на эту невзрачную молодую женщину, Никита, отвлекаясь от дела, представил ее себе нарядно одетую, накрашенную и причесанную и понял, что несчастная Людмила Ивановна, которую какой-нибудь мужчина мог бы называть ласково Люсей, совершенно не ценит себя и не знает, насколько она красива от природы. Да и лет ей было всего-то тридцать с небольшим.

От нее пахло хлоркой.

– Итак, вы говорите, что находились в квартире вашей сестры, Светланы Стрельцовой…

– Это она по мужу Стрельцова, а так мы с ней Караваевы.

– Понятно. И поливали там цветы.

– О, я там не только поливала цветы, – аккуратно уложив руки на колени, смиренно отвечала на вопросы Людмила, – но и протирала листья, чтобы они блестели, понимаете? Еще прибралась в ванной комнате, помыла стены и дверь. Поэтому от меня, вы уж извините, пахнет препаратом.

Подумала, что вернусь домой и смажу руки кремом. У Светы тоже есть крема, но очень дорогие. У нее же муж бизнесмен, она может себе позволить… Но я никогда ими не пользуюсь, у меня свои есть, тоже, между прочим, неплохие.

– Вы сказали нашему оперативнику, что видели убийцу.

– Да. Видела. Это была девушка. Высокая, худая. На ней были красный свитер и желтая меховая жилетка. Очень ярко она была одета для убийцы. Ни тебе капюшона, который скрывал бы, к примеру, лицо, ни бейсболки, прикрывающей глаза… Волосы рыжие, яркие.

Она выбежала из квартиры Оли как ветер. И бросилась…

– Вы точно видели, как она выбегала именно из квартиры или просто отпрянула от двери в квартиру?

– Ну конечно! Едва я услышала выстрел, как вышла из квартиры и посмотрела вниз. Конечно, мне было страшно, но я сделала это очень тихо, я же была в домашних тапочках. Так вот, она выбежала из квартиры и бросилась к лестнице. Лифтом не пользовалась, и это понятно, боялась, что столкнется там с кем-нибудь.

Она с грохотом спускалась по лестнице, бежала так, что пятки сверкали. И это точно она убила. Потому что больше некому! Я рассказываю вам всю правду.

– И что было потом?

– Когда я поняла, что она убежала и что в квартире, если это было убийство, никого нет. Кроме жертвы…

– А с чего вы решили, что это было убийство?

Людмила сразу умолкла и теперь смотрела на Никиту с недоумением и даже презрением, сощурив бесцветные глаза.