Анекдоты, рассказы, повести

Он дожидался своей очереди ко второму администратору – мужчине.

Первый же взгляд на этого человека свидетельствовал – это состоятельный, знающий себе цену человек, занимающийся чем-то интеллектуальным. Его холеные руки явно давно не касались черенка какой-нибудь «лопаты», либо штурвала какого-нибудь «комбайна». Он видел мою неудачу и неожиданно попросил, показывая рукой на письмо, уже вложенное мной в паспорт:

– Товарищ, что там у вас, позвольте взглянуть.

Его экспертное заключение было убийственное, а продолжение заключения спасительное.

– Нет, сегодня по этой бумажке вас не поселят. В ЦК республиканское совещание, все занято под их броню. Но вам повезло – мой партнер не смог приехать. На один день я могу внести вас в мою заявку, а там что-нибудь придумаете. Давайте паспорт.

Оказалось, что передо мной адвокат из Луганска, а его заявка на поселение – это письмо от Верховного суда Украины. Адвоката звали Борис, он вписал себя и меня в это волшебное письмо, и через полчаса мы уже входили в двухместный номер на десятом этаже.

Борис, не снимая легкого плаща, сел на стул у окна, выходящего в сторону Крещатика, положил дипломат на журнальный столик и раскрыл его. Внутри оказалась толстая папка с тиснением «Москва-80», мужской дорожный несессер и бутылка коньяка. Я снял плащ, бросил плотно набитый потертый портфель у одной из кроватей и спросил:

– Борис, сколько с меня?

– С вас, уважаемый гость столицы Украины, три рубля шестьдесят копеек за сутки проживания и пятерочка сверху.

Я дал Борису червонец, он аккуратно отсчитал сдачу, и отдал мне гостиничную приходную квитанцию и мой картонный пропуск в гостиницу. Затем адвокат протер белым батистовым платком стакан, стоявший рядом с пустым графином на столике, налил в него и выпил граммов сто коньяку, положил на столик ключ с деревянным грушевидным брелоком, обмахнул свои лаковые ботинки щеткой, которую взял из платяного шкафа в прихожей номера, и испарился со словами:

– Увидимся завтра!

Рано утром я уехал с автобусной станции на механический завод в Вышгород, и вернулся в гостиницу только вечером в половине седьмого.