Ливень

Получилось так, что взгляд ее устремился к небу и она ахнула. В просвете между макушками сосен небо, словно бисером вышито, было сплошь усыпано звездами.

– Чудеса, – сказал Сергей. – Совсем недавно всё небо было затянуто тучами. А теперь смотри, вон там огромный шар – это луна.

– Такая большая и так близко.

– Да. Очень близко.

– Сегодня, что, полнолуние?

– Похоже на то.

– В полнолуние должны происходить разные непонятные вещи. Ведьмы летать, вампиры выть… Ну, так считается.

– Правильно считается.

Разве обычно то, что мы с тобой сидим в дремучем лесу у ночного костра и разговариваем о нашей ушедшей любви?

– И не орем друг на друга. И даже, кажется, понимаем друг друга. А завтра вернемся домой, и все станет, как прежде.

Сергей обнял Лену и внимательно посмотрел на нее.

– Действительно, ведь эта ночь не из прежней нашей жизни. – Он усмехнулся, и она, поняв его, засмеялась.

– Что ты предлагаешь?

– Давай, полюбим друг друга, будто в первый раз.

– Здесь? – Лена снова рассмеялась.

 – Жестко же и неудобно.

– Конечно. Мы же в лесу.

– А вдруг кто увидит?

– Хорошая причина не опозориться.

– Да-а?

– Да.

– Ну, что ж… – медленно произнесла Лена. – Посмотрим, на что способны твои старые кости при свете нереально огромной луны. Ты уже превращаешься в могучего и ненасытного монстра…

Проснулась Лена оттого, что кто-то щекотал ее лицо. Она открыла глаза и чуть не закричала от ужаса. Но крик застрял в горле, а тело будто парализовало. Прямо над ее лицом склонилась огромная голова лосихи.

Она осторожно обнюхивала ее, слегка пофыркивая. Лосиха огромными круглыми глазами долго и печально смотрела на Лену, потом подобрала с нее какие-то травинки и стала жевать. Рядом стоял лосенок и жадно сосал материно вымя. У Лены вдруг пропал страх, ей сделалось безумно весело.

«Ты зачем пришла? – про себя спросила она. – Случайно набрела? И не боишься нас? Можно я тебя поглажу?» Осторожно протянув руку, она потрогала лосихину морду. Та не возражала, и Лену охватил такой восторг, что она боялась пошевелиться.

«Спасибо, что зашла, – также про себя сказала Лена. – Лосиха замотала головой. – Мне тебя даже угостить нечем. Прости.»

Лосиха фыркнула, снова мотнула головой и медленно пошла прочь, стараясь не столкнуть теленка, который никак не мог отцепиться от соска материного вымени.

Лене хотелось кричать и прыгать от восторга, но она почему-то молчала, лишь села сжала кулачки и, зажмурившись, потрясла ими.