С любовью ко всему живому. Рассказы о животных

Шерсть её была серой и грязной, а запах – словно выкупалась в помойке, но Джим сразу узнал в несчастном существе свою любимую – изящную, и когда-то белоснежную Алису…

– Мы снова вместе! – он радостно залаял, потянулся, виляя хвостом.

– Хочу домой, – заплакала малышка, поджимая больную лапку.

– Отсюда только на тот свет, когда придет к нам Ангел смерти! – чуть слышно проворчал старый пёс.

– Вы о чем? – испугалась собачка.

Но рыжий свернулся калачиком на грязном полу, прикрыл глаза и задремал.

Соседство с подругой немного успокоило Джима – где нам не пропадать…

Несколько дней прошло в мучительной тоске.

Откуда было знать, что вынесен им смертный приговор; что в человеческом мире животные не имеют ценности, и люди присвоили себе право распоряжаться жизнями всех божьих тварей на Земле.

Откуда было знать, что нет больше у них имен, а только идентификационные номера, как одноразового «расходного материала», и кормить их надо лишь для того, чтобы не умерли до опытов.

За неделю пищу животным дали дважды. Миски с вонючей бурой тут же были молниеносно вылизаны узниками до зеркального блеска.

Алиса есть не стала – безучастная ко всему происходящему, она всё больше лежала, измученная лихорадкой. Джим изо всех сил тянулся к подруге, желая ободрить, зализать рану на её маленькой лапке, согреть своим телом, но цепь не позволяла сделать это…

Ранним утром заскрипела ржавая дверь, вошло несколько человек.

– Вот он – ангел смерти! Доктор Менгеле! – животные в ужасе вжались в пол.

– Ну и грязь! – посетовал высокий шатен в белом халате, – придется переодеваться перед лекцией – одежда мгновенно провоняла.

– Так канализации же нет, а водой поливать – застынет: мороз на дворе.

– Трупы хотя бы убрали? Или пьянствовали все праздники? Его колкий взгляд сверлил новеньких.

– А вот и старый знакомый! – он улыбнулся, подошел к рыжему. – Как ты, подлец, сумел сбежать?

В ответ пёс угрожающе заворчал.

– Не люблю работать с дикарями! Не сравнить с домашними – доверчивыми, послушными…

И, потеряв интерес к старому псу, стал разглядывать Джима:

– Этот, говорите, горластый? Лает много? Так мы тебе, дружок, гавкать больше не дадим!

– Кормить не надо! – остановил он женщину с кастрюлей каши, – сегодня в работу пойдут новенькие! – и, развернувшись, быстрым шагом покинул виварий вместе со свитой.

Алису увели первой.