Я знаю, что будет завтра

Он долго думал, куда бы ему лучше убрать руки, потому что не мог найти им подходящего места, и в итоге положил их себе на колени.

– Прости, я на минуту отвлеклась, – отозвалась девушка. – О чём ты меня спросил?

– С чего бы ты хотела начать? – терпеливо повторил студент.

– С европейской литературы девятнадцатого века.

– Разумеется, – улыбнулся Салливан, продолжая испытывать неловкость в присутствии Оливии (самой Оливии!) Пеннингтон. – Я хотел бы уточнить, с писателей и поэтов какой страны мы приступим к изучению курса европейской литературы девятнадцатого века?

– С Европы, – ответила Оливия, взглянув на Салливана так, будто он задал ей самый глупый вопрос в её жизни.

– Европа – это название одной из пяти частей света, – произнёс Салливан. Его заявление нисколько не смутило Оливию.

– Тебе лучше знать, – передёрнула плечами девушка. – Ведь это ты разбираешься в европейской литературе.

«В географии», – чуть не сорвалось с языка у Салли, но он сдержался, чтобы не обидеть гостью.

– Девятнадцатый век можно назвать веком высокой классики, – сказал Салли. – Мир узнал о таких именах, как Генрих Гейне, Новалис, Эрнст Теодор Амадей Гофман…

«Неужели он собирается рассказывать мне всю эту галиматью?» – мысленно ужаснулась Оливия Пеннингтон, но внешне ничем не выразила своего равнодушия к знаниям.

– Я не слишком перегружаю тебя? – прервал рассказ студент.

– Нет-нет, мне очень интересно слушать, как ты рассказываешь обо всех этих классиках. Наверное, Теодор, Амадей и Гофман были гениальными писателями, если их помнят до сих пор?

– Это один человек, – испытал внутреннее разочарование Салливан. – Эрнст Теодор Амадей Гофман.

– Эрнст Теодор Амадей Гофман, – послушно повторила Оливия и кивнула в знак того, что хорошо усвоила имя немецкого автора.

– Может, выпьем по чашечке кофе? – предложил Салли после получасовой лекции о творчестве именитых классиков.

– С удовольствием! – согласилась девушка.

Салливан вышел из комнаты, заглянул в банку с кофе и с ужасом обнаружил, что та абсолютно пуста. За время, потраченное на размышления о том, разыграет ли его Оливия, или нет, он даже не догадался позаботиться об угощении.

– Оливия, ты сможешь меня немного подождать? – заглянул в комнату Салли. – Я совсем забыл, что у меня закончился кофе.