Она была шатенкой

А почему он сам-то не вызвал полицию, когда понял, что жена мертва? Испугался? А кто бы не испугался на его месте?

С ним особенно-то и не церемонились бы – им бы поскорее дело закрыть. Фраза расхожая и опасная. Кто ему поверит, что он не сталкивал жену с лестницы?

Да это и невозможно проверить. Одно движение – и человек летит вниз… По ступенькам… ррраз… и все – внизу уже труп.

Плюс свидетельские показания соседей, которые расскажут, что слышали шум и крики за стеной. А что, если он вообще ни в чем не виноват?! И это жена сама спровоцировала ссору, приревновала его, к примеру… А может, она вообще была пьяная?

Ну, вот она его уже и оправдывает, защищает.

– Вы встать-то можете? – Она, так уж получилось, подставила ему свое плечо, он поднялся, и она довела его до кухни. Там сняла с него пальто, бросила в угол кухни, прямо на пол, подальше от белоснежной мебели. Усадила на диванчик.

– Чаю или выпить?

– Второе, – сказал он. – И… спасибо. Вы уж простите меня, что я вам там, у двери, такое наговорил… Типа угрожал вам.

– Пока не понимаю, но надеюсь, что вы мне расскажете. Иначе как?

Маша достала из буфета бутылку коньяку, рюмку. Дала мужчине выпить.

– Вас как зовут-то?

Он выпил, закашлялся, словно коньяк обжег ему горло.

– Константин.

– Не могу сказать, что очень уж приятно, но… Что делать-то? Надо же как-то обращаться друг к другу. Меня зовут Маша.

– Очень приятно.

– Может, супу?

Он поднял на нее удивленный и какой-то просветленный взгляд, словно не веря своим ушам.

– Вы серьезно? Вы можете дать мне горячего супу?

– А что в этом такого. Куриный подойдет?

– Да не то слово! Сто лет не ел домашней еды. Все по ресторанам, да ресторанам…

– Кучеряво живете, – вырвалось у нее.

При других обстоятельствах, если бы она ничего не знала о нем, это было бы обыкновенной фразой. Но в данной ситуации она прозвучала скорее как невольное проявление желания узнать о нем больше.

– Что же, ваша жена вам не готовит?

Он поджал губы.

– Или вы не женаты? – Ну вот она и дала ему знать, что ничего не знает, ничего не слышала там, у двери. – И поэтому питаетесь в ресторанах?

И зачем она ему все это говорит? Словно навязывается ему в жены, если он холостяк. Хотя, какой же он холостяк, если теперь уже – вдовец. Но только он не должен знать, что она это знает. Иначе она будет свидетельницей.