Без вести пропавший

– Фи! Я уже вышла из того возраста и в сказки не верю, – строго сказала девочка.

– Да? Очень жаль. В сказки надо верить в любом возрасте. Один умный человек сказал: «Сказка – ложь, да в ней намек; добрым молодцам урок». А помнишь, чьи это слова?

– Дура, что ли? – вопросом на вопрос ответила Светлана.

Стоявшая за ее спиной Нина Викторовна, осуждающе сказала:

– Так нельзя, девочка.

– Значит, не дура? Значит, умная? – в знак согласия Светлана кивнула. – Ну, так скажи же, кому принадлежат эти слова?

– Великому русскому поэту, писателю и сказочнику Александру Сергеевичу Пушкину, – как на уроке литературы выпалила она.

Девочка, торжествующе глядя на дяденьку, встряхнула головой, отчего ее толстая русая коса взметнулась вверх и тотчас же тяжело упала на спину.

– Ну, уж теперь-то я точно знаю, что ты очень умная девочка, – сказал, все еще улыбаясь, Алексеев.

– А вы сомневались? – спросила она.

– Ну, я же тебя вижу впервые. Откуда мне знать, кто передо мной предстал: умный или не очень?

– Разве по лицу не видно?

– Ну… – вопрос загнал Алексеева в тупик и он не сразу нашелся, что сказать.

– Что?

– Что ты очень красивая девочка, настоящая русская красавица; что у тебя замечательные глаза: они голубые-голубые… Такие же ясные и чистые, как безоблачное небо в июльскую пору. У тебя изумительные волосы… Да что там говорить – писаная красавица! Но, прости меня, не всякая красавица – умная, далеко не всякая… Ну, извини, что сразу в тебе не рассмотрел природный ум.

– А, знаете, что я заметила?

– Что? Любопытно очень.

– Почему почти каждое предложение начинаете с частицы «ну»?

– Неужели?

– Пока я с вами разговариваю, вы пять раз начали предложение с частицы «ну»… Дарья Алексеевна говорит, что это нехорошо.

– А кто такая Дарья Алексеевна?

– Наша учительница.

– А-а-а… ну, тогда извини.

– Видите! Видите! Вы в шестой раз использовали частицу «ну». В вашей речи частица «ну» – сорняк.

Вмешалась снова Нина Викторовна.

– Не хорошо, доченька, так разговаривать со взрослыми.

– Почему? Я же ничего плохого не говорю.

– Светлана права, – вступился за девочку Алексеев. – Нет ничего лучше, как говорить правду, если даже она и такая вот горькая.

– Мам, а я что тебе говорю?!

– Светлана, тебе повезло, мне нет, – тяжело вздохнув, посетовал Алексеев.