Банкет

– Жизнь на коленях, день рождения на коленях… А в том баке что, не пиво?

– С ума сошел. Курочка в соусе.

– Ты мне своей курочкой все испортишь. – Борода был полон мрачных предчувствий. – Почему у людей не получаются пьянки? Потому что салаты. Потому что стоит сказать – ешьте салат «Парижский», «Оливье», «Сельдь под шубой», «Оранжевое лето»… как сразу все напрягаются… На одной тарелке неохота мешать сладкое и соленое, рыбу и яблоки… Голова переключается на стол, кровь от нее отливает и приливает к брюху и все пропало.

– Ну, а что бы ты хотел на день рождения?

Борода расцвел.

– Надо бадейку пива и леща.

– Нет, это очень бедно, – отрезала враждебно жена.

Поэтому богатый день рождения начался сразу же, как только делегация лаборатории вошла в дом Бороды, полный еды, стульев и накормленных детей, сидящих на горшочках. Тедиумм находился в среднем температурном уровне. Изо всех подмышек торчали боеприпасы и большие рулоны ватмана.

– Мы виноваты, – промолвила Тея-большая как самая бодрая.

– А почему столько кусков?

– Да он составной.

Это была правда. Его составляли буквально весь вечер. Куски не сходились больше чем на одну букву и все удивлялись, как так все сходилось в лаборатории, а дома у Бороды вышел такой бардак. Некоторые слова закручивались улиткой и уходили в бесконечность. Борода уставился на ватман, как дед Щукарь в газету.

– Мне кажется, я знаю автора идеи. Только почему-то я не вижу его здесь.

– Ну да, мы все пыхтели, думали, а ему автора идеи…

– Нам нечего скрывать. Это «Та, Которая Зашла Покурить», – открыл тайну Митюля.

– Она сказала, что оплатить другу кабак, конечно, красиво, но поскольку друг интеллектуал, поздравление должно быть интеллектуальным, – добавил Е. Бучкиц

– Зато мы запечатлели вехи! – сказал Горыныч. – Так или не так, Митюля?

– Вехи это да, – сказал Митюля Попутчик и резко заснул.

– Да вы проходите, проходите, – щебетала жена Бороды, растаскивая плотную стену сотрудников Тедиумма. – Не стесняйтесь. Вон там шведский стол. Можно прямо так все брать и накладывать.

Все замолчали.

– Материал оказывает сопротивление, – рассудил Рэм. – Мы привыкли разливать быстро и под столом. Но у нас эта дисциплина пройдет аллюром. Шведы будут разбиты.

– Редкий случай, – промолвил Горыныч. – Просто не знаю.