Селение Горыни

У каждого человека свои дополнения, свои примеры, своё счастье, своя музыка сердца. Счастье – не золотое кольцо, а то, что внутри него… Но не дырка. Внутри кольца перст судьбы и никак не проще. Ты, Елечка, была права, когда говорила, что, было бы лучше, а что хуже, не произойди ваш турнир с нелепыми условиями проведения… А вторично – это сама рука, владеющая перстом с кольцом, само сердце в кольце любви, судьба в кольце счастья. Таковы первые приближения к счастью. Лишь хотелось бы предупредить. В нашем селении полагают, что счастье не хрен, много не скушаешь.

Но хрен всегда должен быть под рукой… – Все засмеялись.

– Очень! Очень! – захлопала Еля в ладошки. – Хочется слышать развитие интерпретации. Самый-самый пик счастья – что? Говори, Граф! – приказала Елена.

– Самый-самый пик счастья – это романтика молодости, любовь молодых и подвиг молодых, – выполнил Граф требование девушки.

– Браво! Вот вы, современные молодые люди, вы совершили свой подвиг? – разошлась Елена в своих требованиях.

– Я обедню себя, если буду слушать себя одного… – уклонился Граф. Друзья всполохнулись смехом.

– Граф совершил, я рассказывал… Его представили к ордену за «пирожки» связи, – сообщил Григорий.

– А тебя обошли? – ревниво встрепенулась Елена.

– Его тоже представили, но мы не уверены, что наш вклад в науку оценят так высоко. Наши подвиги ещё впереди… – скромно оценивал Граф

– Граф, хоть два слова о смысле жизни! – Елена даже руки тянула к Графу, прося ответа. Ей хотелось продолжения его голоса.

Когда же она его слышала?

– Смысл жизни в продолжении рода и себя в роду, в чём же ещё, если во-первых? – ответил Граф.

– А, во-вторых? – нагнетала Елечка.

– А, во-вторых, лучше меня знает Григорий… – вывернулся друг Григория.

– Спасибо, Граф. Послушаем Гришу. Наедине он гипнотизировал меня красноречием, а сейчас приумолк…

– О, мне сейчас легко говорить о счастье. Я так давно мечтал о любви и, наконец, ослеплён ею. Это ли не романтика! Ничего другого я видеть пока не могу.

Словами Графа, я в первой фазе «что и когда», мне ничего не надо, кроме тебя, Елечка. Я люблю тебя! – Настолько пылко и серьёзно были сказаны эти слова, что ни Граф, ни Елена не улыбнулись. Возникла тишина и в вагоне-ресторане. Значительная тишина, соответствующая словам Григория и той самой романтике. Григорий жадно допил бокал, потом и Граф, и Елена последовали его примеру.

– Вот ты какой! – задумчиво сказала Елена.