Незнакомка до востребования

Но почему же не ставят? Надеются на то, что убийца (а как еще называть того, кто пырнул ее ножом) уверен в том, что она умерла? Они что, не понимают, что ей страшно, что она вздрагивает каждый раз, когда дверь в палату открывается? Очень странные эти полицейские. Или они думают, что нож в груди – это чьи-то жестокие игры? Нет, это самое настоящее убийство.

А что, если она, к примеру, дочка или жена какого-нибудь богатого, влиятельного человека? Вот тогда бы точно выставили охрану. Людей у них, видите ли, нет.

Гады.

Снова приходил психиатр, забирал ее с собой на другой этаж, где его коллега проводил с ней сеанс гипноза. И что? Ничего. Ее организм, ее мозг отказывался принимать помощь такого рода. Нечего, мол, вмешиваться внутрь человеческой памяти, душевного мира. Это божеское дело, а не человеческое.

Она слышала, лежа с закрытыми глазами, как двое врачей, мнящих себя профессиональными психиатрами, разговаривают о ней, как советуются друг с другом. Идиоты. Законченные. Оперируют непонятными терминами, упоминая имена известных, как она поняла, психиатров, «гипнотизеров»… Говорят о ней в третьем лице, как если бы ее и не было в палате.

И это сразу после того, как им стало понятно, что она не поддается гипнозу, что она просто тупо лежит с закрытыми глазами и в душе смеется над ними и даже ненавидит их за их самоуверенность.

А еще болит голова. Просто раскалывается. Она несколько раз просила их вернуть ее в палату, чтобы ей сделали обезболивающий укол.

– Ну что, как у вас дела? – спросила сестричка, входя в палату с эмалированным подносом в руках, а на подносе – шприц, ампулы.

И вид у этой сестрички беззаботный, она весела, жизнерадостна. А чего ей переживать, не у нее же болит голова. Она вколет сейчас да и уйдет, вернется в ординаторскую и будет пить кофе. Еще, может, выкурит сигаретку-другую.

– Я курила, – вдруг сказала она, обращаясь к сестре, которая, сделав свое дело, уже направлялась к выходу. – Я курила в своей прошлой жизни.

И сейчас вот захотела покурить. У вас не найдется сигаретки?

Та остановилась, резко повернулась:

– Найдется. Пойдем.

Она встала, одернула рубашку, набросила халат и под удивленные возгласы соседок выползла за сестрой из палаты. Почему болит тело? Ее что, еще и били? Или это от долгого лежания в кровати?

Пока ждала в коридоре, мимо проходили перебинтованные, с угрюмыми лицами, несчастные больные. Хирургическое отделение. Нет, никаких ассоциаций.