Назначаю тебя палачом

Не скажу, что он всегда был таким жестоким и бессердечным, но с ним явно что-то случилось, его как подменили. Он хочет развода, но сказал, никакого раздела имущества не будет. Чтобы я ни на что не рассчитывала.

– Как так? – Борис в задумчивости сощурил глаза, как бы мысленно уже прикидывая, чем может помочь клиентке. – Вы договорились на каких-то условиях? Вероятно, он предложил вам что-то.

– В том-то и дело, что нет. Сам он живет в Москве, в одной из своих многочисленных квартир, с любовницей, с молодой, конечно, любовницей, но после того, как я освобожу дом, переедет, я полагаю, сюда.

И она заплакала. Да так горько! Женя засуетилась в поисках салфеток, нашла, протянула ей коробку.

– То есть ваш муж решил, что оставит вас на улице и без средств к существованию, я правильно понял?

– Да. – Эмма промокнула глаза и высморкалась.

– Откуда вдруг такое отношение к вам?

– Я не изменяла, если вы об этом. Не пью. Никаких особых грехов за мной не водится. Но нигде не работала уже давно. Это правда. Но я всегда была ему хорошей женой. Думаю, все дело в том, что я не могу иметь детей, а ему нужны наследники.

– Он бил вас? – спросил Борис, и Женя удивилась такому прямому и неожиданному вопросу.

– Как вы догадались?

– Просто спросил.

– Было пару раз. Причем беспричинно. То есть ссора на пустом месте. Ни о чем. Я давно уже стала раздражать его. Я мешаю ему, понимаете?

– Какой у вас ко мне вопрос? Развод и раздел имущества?

– Нет.

Даже Петр, сняв с огня кастрюлю, развернулся к Эмме и теперь смотрел на нее с недоумением:

– Не развод? Не раздел имущества?

Соня же в этот момент посмотрела на Женю почему-то виновато, словно заранее извиняясь за то, что сейчас может прозвучать.

Эмма собралась и продолжила:

– Дело в том, что примерно две недели тому назад, а если быть точной, то девятого января, я, проживая в доме совершенно одна, была страшно напугана, когда обнаружила на кухне следы пребывания другого человека.