Все к лучшему

Если хочешь, я помогу тебе все это выбрать. Что-нибудь не так? Ты почему улыбаешься?

– Удивляюсь на тебя. Ну откуда в тебе это? Можно подумать, что ты всю жизнь в роскоши жила, среди дорогих вещей. Можно подумать, что ты там и родилась.

– Не знаю, откуда. Может, в другой жизни я действительно в семье каких-нибудь аристократов родилась? – с улыбкой ответила Анна.

– А, может, это твоя пра-прабабушка с неким графом на сеновале согрешила? И фамилия-то твоя девичья – Анненская – подозрительная какая-то. Аристократией попахивает, – поддела подругу Катерина.

Они вдвоем занимались этой комнатой. Ее планировка, выбор мебели и аксессуаров – все это доставляло Анне огромное удовольствие. Как жаль, что она не может делать все то же самое для себя! Может, когда-нибудь?..

Катерина, отказавшаяся от помощи подруги, хлопотала вокруг низкого и широкого журнального столика, который стоял рядом с диваном.

– Любуешься? – подняла она голову от стола. – Помнишь, как мы тут старались все красиво обустроить? И знаешь, я до сих пор не разочаровалась.

– Да, результат радует глаз, – с удовольствием подтвердила Анна.

Комната была залита мягким, нежным светом. Мебель из сосны цвета меда, большой светлый шерстяной ковер на полу с разбросанными по нему красными маками, комфортный диван с обивкой из дорогой ворсистой ткани тоже красного, подходящего к цветам тона, в углу – легкое кресло-качалка, на его спинку небрежно брошен светлый пушистый плед, окно закрыто плотными занавесями. На стене – больших размеров картина – копия фотографии знаменитого японского фотографа Йошизо Кавасаки «Спокойствие», три огромных мака на фоне неба, подернутого дымкой.

– Сейчас вернусь, – говорила в это время Катерина, бросая довольный взгляд на накрытый ею стол.

Она вернулась через несколько минут, открыв ногой дверь. В руках – ведерко с шампанским, в кармане – бутылка красного вина.

– Можем начинать, – ставя все принесенное на стол, сказала она.

– Кать, давай не будем открывать шампанское, – попросила Анна.

– Почему? Ты же его очень любишь. И немного, я думаю, тебе не повредит.

– Не в этом дело. Просто шампанское пьют при особом настроении. Это напиток радости и праздника. А у меня сейчас…

– У меня тоже… Да, ты права, случай явно не тот. Но знаешь, что мы сделаем? Мы это ведерко оставим на столе. Пусть стоит. А откроем и выпьем, когда ты вернешься. Сегодня пьем вот это красное вино, настоящее, французское. Хотя тебе, может, и вино не стоит.