Облдрама

– Что? Делать то, что я требую! Понимаете – не понимаете! Делать! Я вам говорю! Мел! Принесите мне мел!

Репетиция закончилась раньше времени… Взбешенный Михаил Михайлович, брызжа слюной и что-то бормоча себе под нос, ползал по полу, самолично вычерчивая для Троицкого круговые мизансцены. Его жена Зинаида Павловна, обычно подслушивавшая у дверей, тотчас же ворвалась в зал.

– И вы, – кричала она, обращаясь к актерам, – позволяете какому-то… доводить режиссера до инфаркта! Вы все его ненавидите, потому что он талантлив, потому что он говорит вам правду – кто чего стоит! Присосались к его славе, паразиты.

Последнее даже Михаилу Михайловичу показалось излишним, и он тяжело засопел. Кто-то из актеров хмыкнул, Фима помог Книге подняться с четверенек, помощница режиссера принесла стакан воды и валидол. Книга сделал несколько глотков, положил таблетку в рот и исчез вместе с женой в кабинете директора.

– И чего вы добились? – спросила Артемьева. – Теперь он всё сделает, чтобы вас сняли с роли.

– Ну, это мы еще посмотрим!..

– Хм, – вырвался у кого-то рядом короткий смешок.

Они уже были в коридоре. Троицкий оглянулся.

– В конце концов, – в запале продолжал говорить он, – почему я должен молчать, если из меня делают дурака? Не буду я молчать.

Глаза актеров провожали его с сочувственным интересом.

– Вы еще неопытны, вы очень неопытны… надо быть гибким…

– Быть гибким? Чтобы так согнули, что потом не разогнешься?

Артемьева не оглядывалась.

– Снимут с роли? Пусть снимают. Так играть – лучше вообще не играть.

– Умник, – произнес Фима за спиной Троицкого.

В проходной было тесно. Освещали её лампы «дневного света»: одна над зеркалом, у которого любили толпиться актеры, другая – над столом дежурной, торцом стоявшем у стены.

– Артемьева, возьми письмо, – окликнула её дежурная.

– Ну, как? – хитровато улыбаясь, спросил Илья Иосифович, задержав в дверях Троицкого, – интересно было?

Троицкий молча смотрел ему в переносицу.

– Я вижу не очень.

Он оперся о палочку, и задумался. Вот сейчас, показалось Троицкому, придет спасение.

– Поговорите с Олегом, – предложил, наконец, Воронов, – это мой бывший очередной, едет куда-то главным, артисты ему нужны. Если сумеете уладить дела с министерством, он вас возьмет. Желаю успеха.

Воронов статно развернулся и помахал артистам ручкой.

– Муж скоро приедет, – сообщила всем Артемьева.