Жизнь ни за что. Книга вторая

И так устроен мир, чтобы не говорили об эмансипации. И эмансипаторы круто лукавят, особенно, наши, социалистические. Они не хотят платить мужчинам достойную зарплату, на которую мужчины бы содержали семью. И заставили женщин вкалывать на самых тяжёлых работах, к примеру, путевыми рабочими, где прекрасный пол таскает рельсы и ворочает шпалы. Что остаётся от женщин после такой работы? И прекрасные в двадцать лет девушки, заставлявшие своей внешностью писать юношей стихи, к тридцати становятся ломовыми лошадьми человеческой породы, вместо того, чтобы украшать мужа и детей своим красивым и радостным существованием.

Однако, заговорился. За здравье пань!

Ребята стукнулись бокалами и выпили.

– Ты прав во всём, Володя, что сказал. И всё-таки многие женщины горды и смелы, потому что думают, что у них на спине ангельские крылышки. А на самом деле, на спине у них только застёжка бюстгальтера.

– А…, – протянул Володя и взял гитару.

На лекцию ты вошла.

И сразу меня пленила.

И понял тогда, что раз навсегда

Ты сердце моё разбила

Всё косы твои, да бантики.

Да прядь золотых волос.

На кофте витые кантики.

И милый курносый нос. (студенческая песня)

– Давай диссертацией будем заниматься, – сказал Володя, отложив гитару. – Тебя не было, когда директор собирал актив по поводу установления предприятию статуса НИИ. Так он прямо так и заявил: «Я сделал всё, чтобы коллектив стал научным. Так что работайте, обучайтесь, остепеняйтесь.

И дорога перед вами откроется широко». Я уже записался на курсы по философии и языку.

– Большому кораблю…, – сказал Леонид. – А я, не имея семейных забот, пойду на вечерний юридический. Очень становиться трудно иногда без юридических знаний. Штатные юристы и адвокаты, получая зарплату от государства, отстаивают права государства, а не права граждан и попросту, если не лгут, то уклоняются от правды закона. Мне байку наш заместитель секретаря парткома Удалов рассказал.

Приходит Некто в адвокатскую контору. «Скажите, – говорит, – имею ли я право…» Имеете, – не дослушав вопрос, отвечает адвокат. «А могу ли я тогда…, – спрашивает Некто. «Нет! Не можете», – отвечает адвокат, снова не дожидаясь вопроса.

В отделе автоматизации и механизации завода из близких Леониду людей остались только начальник отдела Юрий Дмитриевич, начальник КБ и Валя Аркадьева. И когда Сугробин вошёл, на него посмотрели без интереса.