Талисман

Увидев Диму, вошедшего в класс, как-то странно посмотрела на него, быстро выскочила из-за парты и выбежала в коридор, тот с недоумением спросил:

– Что здесь происходит-то? Чего это она, как ошпаренная, выскочила?

– Да вот, читаем твоё любовное письмо к ней, – с ехидцей в голосе ответил Сашка, потрясая листком бумаги из тетрадки.

– Вот ещё придумал. Никому писем я не писал, любовных, по крайней мере, – спокойно ответил Дима, искренне удивившись такой глупой новости, – поразмыслив, добавил: – А ну-ка, дай его сюда, по почерку-то определить можно.

Сашка охотно передал письмо. Почерк, конечно, был не его, но кто-то старательно пытался его подделать. Он бегло пробежал глазами по строчкам, что-то показалось ему знакомым, он даже несколько озадачился и вдруг понял, что кто-то сочинял письмо, используя известные литературные произведения, вот только ошибок допустил многовато.

– Нет, столько ошибок я сделать не смог бы, – с уверенностью в голосе произнёс он.

Одноклассники, зная, что Дима пишет вполне грамотно, потеряв интерес к обсуждению письма, стали расходиться.

Придя домой из школы, он обнаружил в почтовом ящике письмо из Барнаула от Светы Коневой. «Сработало!» – радостно подумал он, вспомнив, что в одном из писем своему другу Вадику, попросил того переговорить со Светой и убедить её написать ему письмо. Он с нетерпением вскрыл конверт и развернул тетрадный листок в линию, на половинке страницы которого уместилось всё послание Светы.

«Здравствуй, Дима.

Ну, что ещё писать?

Я живу по-старому. Учусь немного хуже, почти ничего не учу. О жизни класса Вадька тебе, наверное, пишет. Этим летом мы опять будем в трудовом. Вообще-то это неплохо.

Честное слово, не знаю, что писать.

Я не хочу с тобой ссориться, но не думай, пожалуйста, что я пишу тебе, потому что… Я пишу просто, как хорошему знакомому.

Ну, пиши.

Света»

«Да-а, не густо и не очень обнадеживающе. Хотя, как говорится, лиха беда – начало, – подумал он и успокоился.

***

В один из солнечных дней уходящей весны Сергей Алексеевич принёс в дом двух щенков, внешне похожих на породу восточноевропейской овчарки. Обе были сучки, одна, которая крупнее – чёрного цвета, другая – светло-коричневая. Дима, любивший собак, как и других животных, очень обрадовался и с удовольствием проводил со щенками свободное время. Вскоре светло-коричневого щенка Сергей Алексеевич, куда-то отнёс, оставшуюся сучку назвали Веда.