Крылья любви. Рассказы

– Ну, раз в качестве премии, – добродушно улыбнулась дежурная, – садитесь вот сюда, – указала она на седьмой ряд, – на двадцать третье и двадцать четвёртое место: сегодня они свободны.

Вздохнув с облегчением, Нюра опустилась в кресло, ощутив его мягкий бархат. Она легонько погладила рукой краешек сиденья. Прозвенел третий звонок. Струящийся свет огромной люстры постепенно угасал. Людской гул затих, воцарилась звенящая тишина. Тяжёлый занавес тёмно-вишнёвого цвета, который поразил Нюру своим величием и красотой, двинулся, открывая сцену.

Представление началось.

Минут через десять Нюра шепнула мужу в самое ухо:

– Содержание пьесы не соответствует названию почему-то.

– Наверно, заменили спектакль по каким-то нам неизвестным причинам, – едва слышно ответил Николай.

Нюра изо всех сил пыталась вслушиваться, всматриваться в то, что происходит на сцене. Но её внимание постоянно рассеивалось, она едва сдерживалась, чтобы не закрыть глаза. Спасли аплодисменты, которые оповестили об антракте.

Нюра с Николаем вышли из зрительного зала.

Поднимаясь по широкой лестнице на второй этаж, Нюра увидела мужчину и женщину, шедших им навстречу. «Надо же, одета точно так же, как и я, – отметила она про себя. – Обе пары приближались друг к другу. – Хм, дама даже похожа на меня». Николай вёл жену по локоток. На площадке, у большого зеркала, он остановился на несколько секунд, чтобы полюбоваться своим с Нюриным отражением. Нюру на мгновение качнуло.

– Что с тобой? – испуганно спросил Николай.

– Господи, это же зеркало, – только и ответила женщина.

Галерея портретов, висевших в просторном зале второго этажа, впечатлила Нюру своей многочисленностью. Она вглядывалась в каждую фотографию и думала: «А смогла бы я быть артисткой?» Ей вдруг ощутимо больно стало оттого, что она всего лишь контролёр ОТК приходящего в упадок завода…

– Нюра, что тебе взять? Кофе или чай с пирожным? – становясь в очередь в буфете, спросил Николай.

– Возьми горячего чаю.

Чай с запахом бергамота подействовал на Нюру расслабляюще.

Она была рада тому, что они скоро вернулись в зрительный зал, и спектакль продолжился. Николай придвинулся ближе к Нюре. Её голова сама собой коснулась его плеча, взгляд затуманился, веки отяжелели. «Бедняжка, умаялась на огороде, пусть подремлет», – подумал Николай и плотнее прижался к жене, взяв её руку в свою ладонь…

Анна не просто дремала, она крепко уснула. Ей приснился сон: она – Анна, не контролёр заводского ОТК.