Замок. Веретено. И Бесконечная ночь

Бросаюсь к нему, чтобы скорее оказаться в горячих объятиях.

– Почему ты пришел? – шепчу, задыхаясь от счастья и вслушиваясь стук родного сердца в груди. – Ведь завтра мы венчаемся.

– Завтра, – вздыхает ОН, смеясь чуть слышно, – это так долго. Так долго до того момента, когда я смогу назвать тебя своей женой, моя бесподобная Эля!

Замираю, боюсь дышать. Хочу, чтобы эти секунды длились вечность. Тихий закат, упоительная сладость душистого сада, журчащий фонтан за розовой аллеей. И это счастье. Невыносимое.

– Ты счастлива? – спрашивает ОН, слегка целуя мои волосы.

– Да, – слетает с губ ответ. Но тут же мрачная мысль пробегает перед глазами, как бы смазывая яркие краски этого чудесного вечера.

– Что такое, любовь моя? Ты хмуришься.

И я читаю в глазах моего жениха тревогу. Хочу промолчать, но он не дает отвести взгляд.

– Скажи, что тревожит тебя, – требует настойчиво, сжимая пальцами мой подбородок.

– Даже не знаю…, – говорю, чуть помедлив. – Просто Ареса… Она стала такой странной.

Укол тоски и беспокойства пронзают сердце. Я так отчаянно хочу, чтобы Ареса была счастлива, чтобы она вновь стала прежней: веселой и беззаботной.

– Ну же, не хмурься, – и меня снова прижимают к крепкой груди, – я уверен, что Ареса поправится.

– Я бы отдала все на свете, лишь бы она была счастлива…– шепчу, вслушиваясь в удары сердца: тук-тук-тук.

– Пошел прочь! – последовавший за этим ревом ослепительный свет пробился даже сквозь мои плотно сомкнутые веки.

Делаю глубокий вдох и прихожу в себя. Все тот же темный свод, ряды книг, в ногах различаю очертания высокой худой фигуры, облаченной в длинный темный балахон. Сквозь сумрак постепенной проступили и черты лица. Такие же тонкие и подвижные, как и тело. Это был юноша, от рук которого исходил тот самый ослепляющий свет.

– Тебе не место здесь! – голос, глубокий и сильный, совершенно не сочетался с наружностью юноши.

Деревянный волк, неотрывно смотревший на него, медленно отходил все дальше и дальше, пока полностью не исчез в темноте коридора.

Потрясенная и сбитая с толку, я все продолжаю лежать на ледяном полу, все еще не веря в то, что смогла избежать гибели. Юноша не сразу опустил руки, еще несколько минут продолжая всматриваться и вслушиваться. Наконец, глубоко вздохнув, он поспешно надел темные перчатки и перевел на меня взгляд, таинственный и глубокий, словно магический шар.