Замок. Веретено. И Бесконечная ночь

На уничтожение вампиров и вурдалаков должна быть направлена эта народная ненависть, но вместо этого они пытаются убить ни в чем неповинного ребенка, даже не желая разобраться, каким образом она смогла миновать волков.

Бросаюсь к Мирей, зная, что не смогу даже ступить на доски моста. Так и есть. Невидимое поле дрогнуло и отбросило меня на снег, заставив волков снова ожить и издать вой. Горожане замерли, устремив все внимание на меня вместо Мирей. Что ж, уже не плохо, Элая.

– Смотрите, эта же та ведьма, убившая Гури! – раздался чей-то истошный крик.

Ну, конечно. Теперь еще на меня смерть того несчастного повесят. В любом случае, чем дольше эти клерстарцы будут обсуждать мой темный образ, тем больше шансов на спасение Мирей.

– Позовите бургомистра! – возвысила я голос, снова приближаясь к деревянным волкам и замирая в дюйме от невидимого охранного поля.

– Ишь чего! – загрохотал здоровый мужик с хлыстом. – Нечисть еще командовать захотела. Ты мне за смерть Гури ответишь по полной.

И он угрожающе помахал кулачищем.

– Давно пора лес расчистить от этой нечисти, – заговорил другой мужик пониже ростом, но не менее мощный, – никакого спасения нет от них. На торговые обозы нападают, путников сжирают. Расплодились, проклятые!

– Хватай ее и покойницу эту и тащи к кострам, Верд! – заорал кто-то из толпы, обращаясь к мужику с хлыстом.

– Ну уж нет, одним костром эта ведьма у меня не отделается, – зычно рыкнув, пробасил Верд.

Я выпрямилась и с вызовом обвела взглядом этих людей, желающих моей смерти и смерти Мирей.

– Ведьма! Колдовство!

Я вытянула руку с фонарем вперед.

– Жители Клерстара, вы очень храбры, – громко начинаю я, хотя голос и дрожит, – только настоящие храбрецы выходят с оружием на испуганного ребенка. Только настоящие глупцы хотят убить дочь их бургомистра, не страшась его гнева.

От моих слов толпа взревела. Заколыхались факелы в руках.

– Настоящая Мирей умерла!

– Сам бургомистр говорил об этом!

– Гоните эту ведьму, братцы, она нам зубы просто заговаривает.

Мирей меж тем пришла в себя и бросилась назад по мосту.

– Элая! Они хотят убить меня! – маленькое личико девочки бледное и мокрое от слез выражало крайнюю степень отчаяния и страха. В поисках защиты она нырнула в распахнутые полы моего плаща и спряталась там.