Пирра. Кто она?

Они с Лизой спали на деревянной двухэтажной кровати, сколоченной папой из досок, в которых было пианино «Петроф», купленное нам папой, после долгой ссоры с мамой. Соня потянулась и сказала:

– Маша, ку-ку.

– Царствуй, лёжа на боку, – ответила я.

– Бабушка приехала.

– Бабушка, – зашептала Соня. – А она какая?

Мы её никогда раньше не видели, но знали от мамы, что она у нас «мировая».

– Зелёная груша в шляпе, – сказала я. – Вставай! Иди мой уши.

– Ну вот, мой уши.

– Не буду, – сказала Соня.

Она всегда говорила: «Не буду.

Не хочу». Все глаголы она употребляла с частичкой не, но если её хорошо поколотить, то можно было выбить из неё этот недостаток. Она хорошо поплачет, а потом делает то, что надо. Трудный ребёнок была наша Соня, как выражалась мама.

– Девочка наоборот, – называл её папа. И когда ему надо было что-нибудь от неё добиться, он всегда говорил наоборот:

– Не будешь есть. Никогда в жизни не будешь есть.

И тогда Соня говорила:

– Буду. – И начинала есть.

Если бы не эта «военная хитрость» папы, то Соня умерла бы с голоду.

А сейчас она была толстая и розовощёкая с кучей веснушек на носу и щеках.

– Маса! – раздался голосок. И со второго этажа появилась улыбающаяся Лизкина физиономия.

– Доблое утло, Маса!

– Доброе утро, – сказала я. – Беги быстренько умойся и оденься. К нам бабушка приехала.

Лиза, как обезьянка, спустилась по лесенке и забралась к Соне в кровать. Она начала её щекотать. Сонька брыкалась и отбивалась руками.

– Чик! Бокс! – И Лиза сунула свой маленький кулачок Соне в нос.

Сонька завыла. На крик прибежали бабушка с мамой.

– Ну вот, опять дерутся, – с отчаянием в голосе сказала мама. – Что за дети?

– Ничего. Сейчас я их успокою, – сказала бабушка.

Она встала на одну ногу и закружилась на месте, как большая зелёная юла. Соня перестала плакать и уставилась на бабушку.

– Пирра, сделай пируэт. Пирра нам купи конфет, но не будет вам конфет на закуску пируэт, пела она, кружась.

– Я тоже хочу так кружиться, – сказала Соня, вылезая с кровати на ковёр.

– Ну, давайте знакомиться, – сказала бабушка, перестав кружиться. – Меня зовут Пирра.

– А почему Пирра? Почему? – закричали мы.

– По кочану, – сказала бабушка. И она несколько раз нажала на сонину голову. И Соня тоже закружилась на месте.

– Покужи меня! Покужи! – закричала Лиза, хватая её за руки. Бабушка взяла её под мышки и стала кружить.

– Ну, здравствуйте, внученьки, – сказала она, поставив Лизу на ковёр.