Когда вернется старший брат…

Сперва – темное, потом – желтое. Открываю. Это солнышко. Оно всегда с утра будит. Если есть. Если его нет, тогда будит мама. Или сам просыпаюсь. Черные листья движутся, сквозь них солнышко. За окошком.

Перевернулся на тот бок, спрятался от солнца, скрипит кровать. На стене – цветочки. Разные. Синие. Белые. Желтое и темное по ним бегает. Закрыл глаза. Потому что в комнату легкие шаги. Приблизились. Мягкая ладонь на плечо:

– Алексей, вставай.

Мама почему-то всегда знает, сплю я или уже проснулся. Притворяюсь я или сплю взаправду.

Обмануть ее нельзя. Даже глаза закрыты, а она знает, – не сплю. Она говорит, – человек спит, а глаза у него смотрят сны. Двигаются. А если не спит, – стоят на месте.

– Не хочу! – говорю я. – Мам, я не хочу!

– А что нам дядя Доктор сказал?

Что сказал дядя Доктор, я не помню. Но если дядя Доктор сказал, значит надо. Встаю. Сажусь на кровати, ставлю ноги на теплый желтый квадратик. А мама уходит. Она всегда утром так, – встану, отворачивается и быстро уходит… Надеваю брюки, рубашечку.

Только пуговички не застегиваю. Я еще не умею застегивать. Не научился. У меня всегда косо получается. И тогда рубашка мешает, хватается за шею.

Мама на кухне застегивает рубашку. Быстро застегивает, на меня не смотрит. Потом ставит чай передо мной. В моей любимой чашке. На ней слоник синий. Смешной. Поставил ногу на мячик и стоит. Всегда стоит. В кармане у меня трубочка. Вчера пил сок, осталась. Через нее интересно пить чай. И вообще пить интересно. Долго. А можно пузыри пускать.

Дунешь туда, и пузыри идут. Разные. Большие. И маленькие. И громко.

– Не балуйся, Алексей, – говорит мама. – Ты уже взрослый.

– Я только немножечко, мама, – говорю.

Мама вздыхает и ничего не говорит. Отворачивается. Что-то готовит. Тесто. Оно серое, вздыхает. Мама давит, оно вздыхает.

– Скоро придет папа, и вы пойдете гулять, – говорит. – Алексей, перестань баловаться.

Я перестаю. Просто пью чай.

– Наташка! – кричит мама. – Уведи Алексея! Мне мясо надо перекрутить на фарш.

– Мама, мы занимаемся, – кричит Наташка. Она в своей комнате.

– Наташка!

– Иду…

Наташка приходит, берет за руку, уводит. Она взрослая. Она уже в институт ходит. А я даже в школу не пошел еще. Когда вырасту, тогда пойду. Это папа сказал.

В комнате Наташки – Лена. Это ее подруга. Они учатся вместе. И сейчас учатся. Это называется – готовиться к экзаменам.

– Здравствуй… – Лена молчит, смотрит под ноги себе. – Здравствуй, Алексей.