Из жизни жен и любовниц

Вон какой здоровяк!

Вероника, глядя на эту пышущую здоровьем молоденькую сестричку, подумала, что в больницу нужно принимать только таких, оптимистически настроенных людей. Они распространяют вокруг себя ауру надежды, питают невидимой энергией не только пациентов, но и их близких.

– Спасибо вам за эти слова, – сказала она, выходя из палаты. Хотя это прозрачное стеклянное помещение можно было назвать скорее боксом, аквариумом, как угодно, но только не палатой, которая – в представлении Вероники – должна была быть мрачной, с непромытыми окнами и серыми одеялами, больничной комнатой, точно такой же, в которой умирала в свое время ее мать…

Виктор дожидался ее в коридоре.

– Ну что, как он?

– Пока еще не пришел в себя. – Вероника села рядом с ним и, уткнувшись в большой мужской носовой платок, разрыдалась. – Витя, что мне делать? Куда идти? У меня жизнь остановилась… Если бы Макс был рядом, мне было бы легче все это пережить, перенести… Да и дома мне было бы не так страшно – с ним.

И, главное, я бы точно знала, имеет ли он к этому кошмару отношение или нет. Но если нет, тогда почему он прячется?

Позвонил Мирошкин. Вероника дрожащей рукой поднесла телефон к уху.

– Где вы находитесь, Вероника?

– Я? Я в больнице… А что случилось? Вы нашли Макса?!

– Я сейчас подъеду к вам, дождитесь, не уходите.

– Что с Максом?! – Она похолодела. – Что с ним?!

– Мы его пока что не нашли, так что не переживайте…

Глава 7

Лиза

– Глаша, ну наконец-то! – Лиза вышла из-за своего письменного стола и обняла помощницу.

 – Похудела, загорела, выглядишь просто прекрасно! Думала, ты в лучшем случае придешь ко мне утром, а ты сейчас явилась, да еще и в офис! Молодец, ничего не скажешь!

Глаша, с аккуратно причесанными волосами, в бирюзовом вязаном свитере и черных брюках, уверенно пересекла приемную и уселась за свой рабочий стол, по левую руку от Лизы.

– Лиза, господи, какая же отвратительная здесь погода, холодно, мокро, туманно… Бррр… А там, откуда мы с Димой вернулись, тепло, даже жарко, теплое море, которое так и накатывает на тебя, когда ты сидишь на песке и смотришь на небо… Говоришь, я загорела? И как, мне идет загар?

– Ну, непривычно, конечно, ты же всегда была такой белокожей… – Лиза не спешила вернуться за свой стол: стояла напротив Глафиры и любовалась ею.

 – Мне тебя очень, очень не хватало. Словно мне отрубили руку!

– Да брось ты, Лиза, – улыбнулась Глафира.