Игры с темным прошлым

А когда проснулась, поняла, что никуда не поеду, что снова включу все свои телефоны и буду ждать его звонка. Что не могу без него, что нет смысла обманывать себя. Оле же я сказала, что не стоило ей выходить замуж второй раз, что прежде, чем выходить замуж, надо хорошенько узнать человека. Словом, несла всякую дежурную чепуху, целовала ее долго на пороге, втайне мечтая, чтобы она поскорее ушла и оставила меня одну, наедине со своими мыслями и чувствами: я ждала звонка…

– Знаешь, хотела тебе сказать, – вдруг вспомнила я.

 – Валентина пропала, помнишь, соседка с первого этажа?

– Валя? Это та самая, у которой мы с тобой постоянно занимали деньги?

– Да, – кивнула я головой. – Уже неделю, как нет. Говорят, ее убили. Она машину покойного мужа продала…

– А что, ее муж умер?

– Недавно, в августе, она еще заходила ко мне, рассказывала, как он умирал, ну, все подробности… мне так ее жалко было… Столько натерпелась. И вдруг пропала.

– А почему обязательно убили? Может, она влюбилась и уехала с кем-нибудь куда-нибудь?

– Да я тоже так подумала, но она не такая, понимаешь?

– Нет, не понимаю.

Когда женщина влюбляется, она ничего не соображает…

– Это ты по себе судишь?

– А ты разве не такая?

– Такая, – охотно согласилась я, потому как твердо знала, что до сих пор ничего не соображаю, что живу, как дышу, отдавшись своей страсти, и чувствовала при этом, особенно когда рядом была Оля, вину. – Но она не такая. Ее постель была разворочена, не убрана, понимаешь, на Валю это не похоже… Все вещи на месте.

И паспорт на столе. А сейф вскрыт или просто открыт, я точно не знаю, и пустой…

– Слишком мало времени прошло, чтобы волноваться, – ответила Ольга. Она стояла передо мной уже в дверях такая нарядная, во всем ярко-синем, просто-таки искрящаяся чистотой, свежестью и была похожа на цветущую у меня на подоконнике фиалку. И следа не осталось от той Оли, что плакала у меня не так давно на плече и размазывала слезы по щекам мягким кашемировым шарфом.

Как же быстро она умеет брать себя в руки. И я – в пижаме, растрепанная, со слипающимися от усталости, бессонницы и слез веками.

– Может, ты его мало любила? – Эти слова выскочили помимо моей воли. Я не знаю, кто их произнес вместо меня, но сказаны они были моим голосом.

– Я? Я мало его любила? С чего ты взяла, и что ты вообще можешь знать о наших отношениях? – Оля нахмурила свои аккуратно выщипанные брови и сразу же, как в детстве, надула губки.