Грех и немножко нежно

– Салют! – поприветствовала она Ланга так, как если бы они были хорошо и крепко знакомы. – Ну что? Вы готовы?

– В смысле? Куда? – он поднялся и почувствовал, как кожа на его черепе вспотела и теперь неприятно покалывала.

– Как куда? На кладбище, конечно! Я вон во все темное переоделась. Будем ходить между могилами, искать склепы…

Несколько секунд Юрий Михайлович не мог проговорить ни слова. Кладбище. Что ж, вполне романтично для девушки с красным романтичным цветком на голове!

Что делать? Сослаться на занятость и перенести встречу на другой день? Но от этой Маши не так-то просто будет отделаться.

Она же вдруг подошла к нему совсем близко и положила свою лапку к нему на грудь, улыбнулась широко, ласково так, мол, ну пойдемте, пожалуйста. Разве что не потерлась щекой о его щеку. Вот что бы он тогда сделал?

– Ну хорошо… – ответил кто-то внутри него, кто-то ненасытный и распутный, живущий своей, отдельной от Ланга жизнью и просто обожавший таких вот сладеньких девушек с тонкой талией, стройными бедрами и маленькой высокой грудью.

– Заметано! – Маша легонько хлопнула его по плечу.

…Кладбище заросло густыми сиреневыми кустами, дубами и издали казалось большой разросшейся рощицей на окраине города. Ланг, чувствуя близость молодого женского тела, с трудом выполнял свои обязанности экскурсовода. Войдя на кладбище с центрального входа с массивными литыми воротами, за которыми открывалась небольшая овальная площадь, он принялся рассказывать о самых помпезных, известных и дорогих захоронениях, но, наблюдая за выражением лица Маши, вскоре понял, что ее эта тема не интересует, что она стреляет взглядом то в одну, то в другую сторону, явно ища немецкие памятники и фамильные склепы… Однако ей придется разочароваться, поскольку старое немецкое кладбище заросло кустами, деревьями и травой и склепов практически не видно, их нужно еще поискать.

– Вот она, немецкая часть кладбища, – сказал Ланг чуть ли не извиняющимся голосом, показывая руками поросшие, заброшенные могилки.

Одна бровь Маши взлетела наверх в недоумении или недоверии.

– Да, вот так…

– А где же склепы?

– Пойдемте, покажу несколько…

Он привел ее к одному склепу, представлявшему собой окаймленную ровным рядом кирпичей полукруглую нору в земле, густо заросшую бурьяном. Словно земля в этом месте открыла рот с обломками некогда ровных зубов, и чернота внутри этого овала смотрелась просто зловеще.